Язва на полставки

Я хочу смотреть и изучать, а не дрыгаться под современный музончик.

— Нет. Это точно без меня, — строю маршрут на онлайн-картах и собираюсь со всеми попрощаться, когда Соня возбуждённо подскакивает, мыча. Язык чтоль прикусила? Слава богу. Помолчит хоть немного.

— Какая лапочка!

Опять лапочка? Какой по счёту? Слежу за её взглядом, ожидая увидеть очередного смазливого парнишку, а вижу… Демьяна. Стоит возле припаркованного на обочине Гелика. Курит. Такой… ну как всегда. Снова весь в чёрном, неизменные берцы, небрежная поза, рука в кармане, непослушные волосы от ветра лезут на лоб. Хорош, сволочь. До безумия хорош.

— В-а-ау… — пищит ещё одна девчонка. — Красавчик. А машина какая!

— Мне кажется или он смотрит на тебя? — с запозданием доходит до Сони.

Смотрит. Не отрываясь смотрит. Поправляю сползающую с плеча сумку и, коротко прощаясь со всеми, направляюсь к нему. Ноги подводят. С каждым новым шагом слабость в коленях становится всё сильнее. Держись, Радова. Грохнуться сейчас будет таким позором, что придётся переводиться в другой универ. В другом городе.

Уф. Не грохнулась.

— Что ты здесь делаешь?

— То, что должен был сделать месяц назад. Приехал за тобой.

— И куда мы поедем?

— Сначала в общежитие. Заберём твои вещи.

Какой знакомый командорский тон. В субботу его не было. В субботу на свадьбе был человек, который сожалеет и который пытается извиниться. Сейчас же Демьян вновь в своей стезе — излучает самоуверенность.

— Зачем?

— Чтобы ты не кормила клопов.

— И куда ж мне тогда деваться? На вокзал? Кормить крыс?

— Ты переезжаешь ко мне.

Подхожу ближе, демонстративно обнюхивая его. Обалденный запах одеколона с примесью табака. Но перегара нет.

— Вроде трезвый.

— Не смешно.

— Ну так и я не смеюсь. Напомни-ка, где была я, когда ты это решил?

— Тамара, не язви, — окурок летит не глядя.

— Не мусори.

— Садись, в машине поговорим.

Э, нет. Наедине у нас разговор точно не склеится, там не до этого будет. Я себя знаю, сама ж не выдержу. Так что фигушки. Закрытое пространство и не очень удобное переднее сидение, помним-помним.

— Не сяду.

— Тамара, твою мать! Я хочу поговорить. Без свидетелей.

— Поэтому свалил со свадьбы?

Не буду отрицать, меня это задело. Если он так скучал, неужели нельзя было остаться? Быть может к концу вечера диалог бы как-то выстроился… И мы бы потанцевали… Впервые в жизни. А может и что более… Но вместо этого он просто уехал.

— Пришлось.

— Почему?

— Это неважно.

— Опять неважно? — прошёл месяц и что, никаких изменений? Это уже не бесит, это удручает. — У тебя всё неважно, а я потом оказываюсь в машине с непонятными мужиками.

— Я не мог остаться. Нужно было кое-что решить.

— Что решить?

— Что нам делать дальше.

— Что-то надумал?

— Надумал. Но ответ зависит от тебя.