Император Пограничья 2

— «Вас трое, а нас пятеро!» Ха! Как будто это могло нас остановить, а⁈

Я улыбнулся, наблюдая за их воодушевлением, сделал символический глоток и вернул бутылку парню. Для них это было приключением, ярким пятном в размеренной светской жизни. Для меня — просто очередной день в бесконечной череде конфликтов и противостояний, но всё же я позволил себе насладиться моментом.

— Знаешь, — Елизавета посмотрела на меня с неожиданной серьезностью, — я никогда не видела, чтобы кто-то так… решительно вступался за мою честь. Обычно все просто отводят глаза или предпочитают не связываться."

"— В этом мире сила уважает только силу, — ответил я, задумчиво глядя на огни города. — Люди вроде Осокина процветают именно потому, что остальные предпочитают не замечать их выходок. Дело не в рыцарстве, Елизавета. Человек, который публично оскорбляет дочь графа Бутурлина и остаётся безнаказанным, завтра сочтёт допустимым большее. Границы устанавливаются действиями, не словами. К тому же, — я слегка улыбнулся, — надо позаботиться, чтобы у детей его дантиста было хорошее образование.

Смысл шутки не сразу дошёл до девушки, но она рассмеялась и взяла бутылку из рук брата.

Илья кивнул, и в его взгляде я увидел уважение:

— Я не подвёл тебя?

— Ты был на высоте, — искренне ответил я. — Не у каждого хватит духа вступить в бой с противником, превосходящим числом.

Он просиял от похвалы, и мы продолжили разговор, наслаждаясь видом ночного города и шампанским. Лёгкий ветер трепал волосы Елизаветы, заставляя её светлые локоны мерцать в лунном свете. Илья рассказывал смешные истории из академии, и мы смеялись, словно не было ни врагов, ни интриг, ни опасностей.

И словно мне сейчас действительно 22 года, и я ровесник этих двоих беззаботных молодых людей.

Это был странный, но в чём-то приятный вечер.

* * *Утром, наскоро приведя себя в порядок, я отправился по адресу, который получил вчера во время званого ужина.

Здание адвокатской конторы располагалось на тихой улице недалеко от центра. Строгий фасад из белого камня, медная табличка с гравировкой «Стремянников и партнёры». Граф Бутурлин не преминул упомянуть, что Пётр Павлович Стремянников — лучший специалист по самым разным юридическим вопросам в трёх княжествах.

Меня провели в просторный кабинет, где за массивным столом восседал сухопарый мужчина лет шестидесяти с острым, как у хищной птицы, профилем. Он поднялся мне навстречу.

— Боярин Платонов, — голос юриста звучал негромко, но уверенно. — Граф предупредил о вашем визите. Что именно вы хотели обсудить?

Мой вопрос заставил его удивленно вскинуть брови.

— Пётр Павлович, что вы можете мне рассказать о Пограничном праве?

Глава 21

— Пограничное право? — Стремянников мгновенно подобрался, как охотничья собака, почуявшая дичь.