Империя превыше всего
Воины Империи!Время настало! Враг подходит к Стенам! Империя сделала все для того, чтобы вы могли победить! Помните, нужна не ваша героическая смерть, а ваше мужество и умение! Империя дорожит каждым из вас! Каждым мечником, стрелком и одаренным! И если каждый на своем месте, сделает то, что от вас требуется, мы победим! Мы зальем кровью Стены, но это будет кровь врагов наших!!!Империя превыше всего!
Рабочий кабинет Императрицы
Светильники на потолке и стенных были притушены и большая часть кабинета была погружена в полумрак. За письменным столом сидела Нэйран Грестос. Ярко-белый свет настольного светильника отражался на гранях массивного металлического письменного прибора. Императрица, держа двумя руками лист бумаги, уже в третий, наверное, раз читала то, что было на нем написано. Лицо женщины было при этом, словно застывшая маска.
Вот она преувеличенно аккуратно положила лист на стол, дернула щекой. И посмотрела на Хагера Аассена, который сидел на диване.
— Он объяснил, зачем ему это нужно? — глухо спросила императрица.
— А нужно объяснять? — негромко ответил Аассен. — Кто из тех, кто сейчас с нами рядом, с нами же не служили? Аринэль в этом совершенно прагматичен.
— Ставить учеников на острие атаки — это прагматичность? — сощурилась Нэйран.
Император сел прямо и его лицо оказалось в круге света светильника.
— Аринэль прекрасно изучил, как ты видишь, биографии Юлисы Эридис и Терона, — заговорил мужчина ровным тоном. — И хочет, по всей видимости, пойти этим же путем, попутно использовав эффект аналогии. И Нэйран, он не собирается рисковать нашей дочерью. Вспомни, какой у него ранг. У него и его сестры.
— Это уже называется цинизм, Хагер, — процедила императрица. — Аринэль Тайфол собирается сделать видимость, выходит.
— Этого, кстати, не хватает Брану, — спокойно произнес Аассен. — Он слишком ценит свою личную свободу. Аринэль же, как мнедумается, больше подходит на трон.
— Хагер, — Нэйран пристально посмотрела на мужа. — А если Аринэль Тайфол посчитает, что мы на своих местах не эффективны? Ему четырнадцать, все-таки. А юность склонна к радикальным решениям.
— В последний раз, Нэйран, мы с ним говорили о том, — Император снова откинулся на спинку дивана и его лицо скрылось в полумраке. — Какие группировки сейчас находятся у власти.
— Он сам об этом спросил? — недоверчиво произнесла императрица.
— И это самое интересное, Нэйран, — хмыкнул Аассен. — Он этим интересовался в разрезе, кто из детей из этих группировок, сейчас находится в Академии.
Нэйран в ответ хмыкнула.
— Он не собирается, как ты видишь, пытаться договорится с теми, — продолжил Аассен. — Кто сейчас в силе. То есть, идет работа в долгую. Аринэль собирается взойти на трон с уже подготовленным кругом.
— Это несколько… наивно, — чуть улыбнулась императрица. — Идеалистично.
— Направление-то верное, — возразил император. — И у него в распоряжении есть много времени. А самое главное, как я думаю, он понимает то, что Империя будет меняться.
— Ну, если так смотреть… — задумчиво произнесла Нэйран. — Но все же, зачем эта показуха?
Она жестом указала на лист бумаги."
"— Во-первых, Нэйран, — ответил император.

















