Проиграем?

– Надо сказать «Я попробую, Леша». Повтори, Женя.

– Я попробую, Леша.

– Окей, – ставит бутылку на пол. – У меня нет ни на что аллергии. Я почти всеяден. В повседневной жизни я люблю простые и невыпендрежные блюда, типа жареного картофеля, непременно с луком, макароны по-флотски, драники, колдуны. Последние два блюда непременно на самой мелкой терке. Никакого комбайна. Не люблю переваренный рассольник из-за переваренной перловки и недоваренной фасоли. Харчо не ем на второй день из-за переваренного риса. Не любитель каш, типа манки и рисовой. Пожалуй, все. Но мне не нужна от тебя готовка блюд, Женя. Это должен делать другой человек, не ты.

– А кто? Жена?

– Жена, – усмехается. – Господь с тобой, мне такого счастья больше не надо.

– Почему?

– Упокой, Господи, грешную душу Анастасии. Вот почему.

– Извини, я не знала, что она умерла.

– Да жива она. По крайней мере, была. Возможно, даже здорова. К счастью, я успешно разведен.

– Почему успешно?

– Потому что мы оба в итоге остались живы. Учитывая, что я хотел грохнуть свою жену и меня бы определенно за это посадили, да, я считаю, что разведен вполне успешно.

– Что она сделала, что ты хотел ее… грохнуть? – осторожно интересуюсь я, не зная куда себя деть. Стою как дура перед Зориным.

– Отвечу в стиле твоей сестры. Она плохая.

– Я так не играю. Ну что она сделала?

– Чего она только ни делала. Не готовила, не убирала. Только сериалы смотрела. Волосы оставляла в ванной. Еще и не брилась. Там такие заросли были, что даже я, лояльный к пушистикам, порой не мог найти дорогу туда, куда надо.

– Ну в ваших зарослях тоже не всегда урожай найдешь. В смысле я в целом про мужчин.

– Богатый жизненный опыт? – иронично приподнимает брови.

– Ну, можно и так сказать. Я перед тем, как прийти медсестрой, подрабатывала санитаркой, столько там мужиков перемыла. Не счесть.

– Так только ты могла сказать. Полный атас.

– Так что там с готовкой? Кто это должен делать?

– Повар, помощница, да кто угодно.

– Я давно хотела спросить. В квартире, когда я сюда пришла в первый раз было чисто и даже была готовая еда в холодильнике. И кто это делал?

– Моя помощница. Она приходит сюда дважды в неделю. Готовит на пару дней и убирает.

– А можно еще вопрос?

– Конечно, можно. Мы же только и делаем, что разговоры разговариваем, а хотелось бы, конечно, более проникновенный вечер, – игнорирую его реплику и подхожу ближе."

"– На фотографии, которая в гостиной есть ваша мама… в смысле твоя и девочка. Это точно твоя дочка. А где она сейчас? Живет с матерью? – я поняла, что ступила на скользкую дорожку. Зорин в миг изменился в лице, нахмурился и потянулся за бутылкой.

– Моя дочь умерла, – вот сейчас мне захотелось провалиться сквозь землю.

– Извини, я не подумала. Мне не хотелось об этом напоминать, – сжимаю до боли руки в кулак.