Из ледяного плена

С перечнем работ художника он перед звонком ознакомился в интернете, чтобы, представляясь потенциальным покупателем, не выглядеть совсем уж откровенным лохом.

О Малевиче он, конечно, знал и раньше. Даже самый необразованный человек хотя бы раз в жизни слышал о знаменитом «Черном квадрате», но этим знания Алексея Зубова и ограничивались. Сейчас, быстро пролистывая страницы в интернете, он читал о том, что Казимир Северинович Малевич стал основоположником целого направления в авангардистском искусстве, которое называлось так же, как и выставленная на продажу картина. Супрематизм.

Оно было основано в 1915 году и представляло собой, Зубов два раза перечитал, чтобы лучше понять, разновидность геометрического абстракционизма. Видимо, термин обозначал различные комбинации разноцветных плоскостей, а также кругов, квадратов, прямоугольников и прямых линий, которые, как ни вглядывался Алексей, никак не хотели превращаться во что-то осмысленное и понятное человеческому глазу.

Само слово «супрематизм» означало доминирование и превосходство цвета над другими свойствами живописи. И подобные картины, по мнению Малевича, освобождали краски от служения другим целям и являли собой служение чистому искусству, где творческая сила человека и природы становились равными.

Последний пассаж Алексей снова перечитал два раза, чувствуя, как у него снова неудержимо портится настроение. Во всем этом нагромождении слов Анна была как рыба в воде, а он, Алексей Зубов, моментально ощущал себя тупым необразованным мужланом, коим, несомненно, и являлся.

Чтобы не думать об Анне, он быстро набрал указанный в объявлении номер. Ответили ему моментально, как будто владелец полотна сидел с телефоном в руке и смотрел на экран в ожидании, пока ему позвонит именно Зубов.

– Аллоу, – баритон в трубке был приятным и прекрасно поставленным.

– Здравствуйте, я звоню по вашему объявлению.

– По какому именно?

Голос в трубке просто излучал благожелательность.

– Картина Малевича.

– О, интересуетесь авангардизмом?

– Не особо. Друг, живущий в Москве, попросил посмотреть полотно, проверить документы подлинности и оценить состояние. В объявлении сказано, что картина б/у, вот степень этого самого б/у и хотелось бы понять."

"Алексей Зубов предпочитал не врать там, где без этого вполне можно обойтись. Врать всегда слишком энергозатратно. Помнить еще, что именно соврал. Зачем, если в большинстве случаев и правда прекрасно работает?

– Ясно. Когда бы вы хотели подойти?

Сработала и в этот раз. Его объяснение никакого напряга у продавца не вызвало.

– Простите, как к вам обращаться?

– Савелий Игнатьевич.

– Очень приятно. А я – Алексей.