Хищный. Наглый. Холостой

— Паш… — Беспокойство уже ушло из моей груди, я даже улыбнулась. — Если ты опять из-за денег, то хватит уже комплексовать. Мы можем позволить себе эту машину. И я не из тех женщин, которые требуют, чтобы мужчины их содержали.

— Поэтому я тебя и люблю, — обиженно буркнул Кальянов, но я уже сердцем чувствовала, что взрыва не будет. — Что ты не ведешься на бабки, а то уже давно была бы с таким, как Савва.

Я рассмеялась.

— Баринов умеет пускать людям пыль в глаза. Я это всегда говорила. И на таких, как я, Савва не клюет. А что до денег… ты лучше меня знаешь, из какой он семьи.

Ему никогда не приходилось пробиваться самому в отличие от нас с тобой.

— По себе — согласен, ну а ты… Кать, тебе же брат предлагал купить квартиру, ты могла бы… мы могли бы… — Пашка горестно вздохнул и резко сбавил скорость, подъезжая к нашему подъезду.

— Я ничего не буду брать у Димы. — Я замотала головой. — Да, он мой брат, но не родной, а двоюродный, мы не так давно с ним начали общаться. И потом, Паш, мы не бедствуем, чтобы просить помощи.

— Пока нет, но если я не найду работу… Кать, я чувствую себя последним дерьмом!

— Ч-что? Это из-за денег? — Я смотрела на Пашку и не верила, что он говорит это всерьез.

 — Ты думаешь… Я тебе вот что скажу, Кальянов: от того, что ты временно не работаешь, я точно не перестану тебя любить и уважать. Любят не за то, приносит человек деньги или нет.

— Ты точно так думаешь? — Я услышала в голосе Пашки удивление, смешанное с недоверием.

— А у тебя есть основания считать по-другому? Я давала повод? — Разговор о деньгах немного утомил, я хотела домой, принять душ, а не сидеть в машине.

— Только что, — тихо и очень спокойно ответил Кальянов.

 — Когда не дала мне позвать домой друга, которого я давно не видел. Кать, это любовь и уважение ко мне?

Я сидела и обтекала — ощущение, что на меня вылили ушат помоев. Пашка же молча вышел из машины и аккуратно закрыл за собой дверь. Я рванула за ним.

— Паш!

— Кать, я все понимаю… — Любимый горько усмехнулся, его глаза были полны боли. — Это твоя квартира, ты за нее платишь, ты в ней хозяйка, а я не имею права голоса. Прости, что забылся сегодня. Так обрадовался Савке.

Проклятый Баринов!

— Я… я не против, чтобы ты приглашал друзей.

 — Я растерянно смотрела на мрачного Пашку, так больно видеть его потухшие глаза. — Но ты должен был…

— Конечно, должен, я кругом тебе должен, Кать! — Кальянов вытащил из кармана брелок от «ауди» и вложил мне его в руку.

— Не надо!

— Надо! Она твоя. Просто продай ее, и все. Я не против.

Он отвернулся и медленно пошел к подъезду, а я так и осталась стоять на улице, сжимая в руке ключ от машины. Мы купили ее полгода назад в кредит, это была мечта Кальянова чуть ли не с детства.