Хозяин проклятого острова

– Принц? Попросил?! Да кто ты такая?! Королева Аквилении?!

От крика и возмущения хозяйка трактира стала красной как помидор. Диана даже испугалась, что ее сейчас хватит удар.

– Успокойтесь, ничего не случилось, – поморщилась девушка. – Можно я пойду? У меня еще второй этаж не мыт.

Лурдес уставилась на нее с таким видом, будто впервые увидела.

– Ну, это уже верх наглости! Ты хоть понимаешь, что своим поведением подставляешь нас всех?

– Куда подставляю? – удивилась Диана. – Он сам пришел, я не звала.

– Нет, ну ты издеваешься?! У его высочества невеста есть! Сама герцогиня Инесс ди Ресталь! Он с ней в замке живет. Если ей донесут, что принц какой-то замухрышке камзол со своего плеча подарил, да еще за стол усадил рядом с собой как равную, то нам тут всем жизни не будет! Она мой трактир по бревнышку разберет!

– Сомневаюсь, – проворчала Диана. – В такой свинарник никакая герццогиня точно не сунется.

Она сказала это негромко, но Лурдес услышала и осеклась. Захлопала ресницами, будто на нее вылили ведро холодной воды, и недоверчиво прошипела:

– Что? Что ты сказала про мой трактир?

– Что он похож на свинарник!

Диана дерзко вскинула голову.

Госпожа Пьес таращилась на нее, не в силах издать ни звука. Только ловила губами воздух, как пойманная рыба.

– Ты… ты… – еле проговорила она. – Да как ты смеешь! Что ты вообще понимаешь!

– Ага, – со злой усмешкой кивнула Диана, – где уж мне понимать? Я же всю жизнь прожила в трущобах и ничего приличного в жизни не видела! Знаете, дамочка…

Она разогнула спину и расправила плечи, становясь почти на полголовы выше Лурдес. А затем продолжила тем самым тоном, каким дома отчитывала проштрафившихся работников на местах:"

"– Я две недели терпела. Можете меня увольнять, но я все же скажу. Кто-то должен открыть вам глаза! Это ваше заведение – просто помойка! Ни занавесок, ни приличных скатертей, ни какого-нибудь захудалого букетика на столах. А пол такой грязный, что его бесполезно мыть. Стекла мутные, в зале постоянно воняет прогорклым салом, кислой капустой и ливером. Тарелки щербатые, стаканы тоже. Я единственный приличный бокал увидела только сегодня. Который вы этому… – она поморщилась и показала согнутыми пальцами кавычки, – принцу выдали. Сюда не то что какая-то герцогиня, сюда скоро последний бомж не зайдет!

Лурдес не знала слова “бомж”, но по тону поняла, что это что-то обидное. А самое главное, чужачка была права. Госпожа Пьес и сама это знала, где-то глубоко в душе. Но так уж устроен человек: ничего не хочет менять, пока все идет хорошо.

– Можно подумать, если я разорюсь на скатерти, то здесь больше клиентов появится! – фыркнула она.

– А вы попробуйте. Я ведь тоже не слепая и не дурная, – пожала плечами девушка.