Ключ от незапертой двери

"

"Когда-то здесь обитала большая и дружная семья, да комнату – большую, светлую, просторную, на первом этаже, слева от двери, с отдельной печкой – сдавали учительнице в школе. Очередная приехавшая в прошлом году по распределению учительница жила здесь и сейчас, но сам дом опустел. Пока Маруся училась на медичку, умерли обе бабушки, старший брат женился и построил себе дом в соседней деревне, средний уехал после техникума в Самарскую область, а младший завербовался в Тюмень, шахтером. Одна из сестер вышла замуж, поэтому теперь жила в мужнином доме на окраине села, а вторая и вовсе переехала в Киев, окончив сельхозтехникум и учась теперь заочно в институте. Мать осталась одна, да вот теперь к ней возвращалась Маруся, уныло понимая, что при непростом мамином характере нелегко ей придется.

Вот уже и крыльцо видно, а дальше по тропке мимо колодца да затянутого сеткой-рабицей огорода и будет больница, в которую Маруся приехала работать.

Подавив в себе желание сразу же, не заходя домой, добежать до больницы, чтобы похвастаться Истомину новеньким красным дипломом, Маруся вошла в дом. С лавки поднялась мать, всплеснула руками, заохала, увидев младшую дочку.

– Машка, вернулась? Ой, радость-то, ближайшую зиму не одна хоть коротать буду! Доктор баял, что тебя к нам в больницу работать распределили.

– Да, мама, распределили, я сама попросилась. Мне на выбор много мест предлагали, но я решила – только сюда, домой.

– А может, хотя бы в Погорелово? Там и больница больше, и поселок, тут-то у нас где жениха приличного взять?

– Да какие мне женихи, мам? – засмеялась Маруся. – Мне ж всего девятнадцать лет.

– У меня в твои годы уже двое детей было, – рассудительно заметила мать, но тут же всполошилась. – Голодная ж ты, чай! А обед еще через час будет. Я ж не ждала тебя сегодня. Что ж ты не предупредила, дочка?

– Сюрприз хотела сделать, – Маруся радостно засмеялась. У нее вообще было чудесное настроение, навеянное то ли хорошей погодой, то ли привычным с детства пейзажем, то ли тем, что она совсем скоро увидит Василия Николаевича и расскажет, что теперь она его хирургическая сестра, самая что ни на есть настоящая. – Я не голодная, мам. Ты мне молочка налей, если есть.

– Есть, конечно, – засуетилась мать, – я на двор вынесла, в холод. И молоко есть, и краюха ржаная, свежая. Вчера пекла. Сейчас.

Через пару минут Маруся, помыв руки, сидела за столом, накрытым клеенчатой скатертью, и пила холодное молоко, прикусывая ржаной краюшкой. Ей было так вкусно, что она зажмурилась.

– А это что? – мать недоуменно заглядывала в ее рюкзак, который, развязав, держала в руках.

– Гостинцы, мам, я в городе купила. Пряник, настоящий, вологодский, свежий-свежий, и еще лимоны. У нас же тут в магазин их не завозят, а я с чаем люблю, ты же знаешь.