Когда ты вернешься ко мне
ХолденРодители хотели сделать из меня «идеального сына».Они поняли свою ошибку, когда я вернулся из лагеря терапии в истерике, весь избитый.Потом была кушетка лечебницы для душевнобольных. Из-за холода, что впился в меня ледяными клешнями.Да, я все так же крут, но теперь уже сломлен. Больше никого не подпущу к себе и на метр.Мне осталось продержаться год в Санта-Крузе, после чего я заберу наследство и начну все сначала.Я не планировал влюбляться.Но судьба смеется над нашими планами, не так ли?РиверЧто для меня счастье? Семейная автомастерская, дом, жизнь в Санта-Крузе.Футбол не входил даже в десятку. И я притворялся, чтобы оправдать чужие ожидания.Для всех остальных моя жизнь идеальна. Для меня она – ложь.С тех пор как заболела мама, слово «дом» приобрело иное значение. Я терял с ним связь, удаляясь все дальше от самого себя.Я мечтал о тихой гавани. Холден был другим.Бунтарь по натуре, любитель парижских вечеринок, неисправимый сердцеед.Моя полная противоположность.Но что случилось бы со мной, если бы он ушел?Демоны одного, обязательства другого – все играло против них. Но, разбивая сердца, судьба дарит то ощутимое и реальное, отчего ты уже не в силах отказаться…
Я забрал их у него и лег сверху, прижавшись грудью, чувствуя, как колотятся наши сердца. Наши бедра терлись друг о друга, а дыхание было одно на двоих.
Я оперся на одну руку, продолжая целовать его. Ни на секунду не останавливаясь. Другой рукой открыл бутылочку и капнул смазкой на возбужденный член Холдена. Медленно ласкал его, одновременно смачивая свои пальцы.
– Какой предусмотрительный, – заметил Холден, а затем зашипел, когда я опустил пальцы ниже, к его входу. – Черт подери, Ривер…
Он до боли впился в мои плечи, пока я медленно задвигал одним пальцем внутри него, растягивая тугое кольцо мышц.
– Господи, как тебе удается заставлять меня чувствовать такое? – выдохнул он.
– Все в порядке?
Он быстро кивнул, его шея напряглась.
– Очень хорошо. Еще никогда так хорошо не было.
Я крепко поцеловал его, меня захлестнула волна эмоций. Я был не первым, но, черт возьми, хотел, чтобы он меня запомнил. Мой первый раз и его тоже.
Боже, он очень тугой, и мой член наливался от одной мысли о том, чтобы оказаться в таком невозможно тесном месте. Одно только это чуть не заставило меня кончить. Я сосредоточился на Холдене, только на нем, и добавил второй палец к первому. Холден прижался ко мне грудью, его поцелуй стал обжигающим, настолько грубым, что наверняка на губах останется кровь.
Вампир…
Я улыбнулся и нежно скользнул пальцами внутри, нажимая на заветный пучок нервных окончаний.
Холден выгнулся подо мной, с шумом втягивая воздух.
– Вот черт… Черт, да…
Я нажимал на это место снова и снова и наблюдал за реакцией Холдена, упиваясь ею. Как напрягся его пресс, как красивое лицо исказилось гримасой отчаянного удовольствия. Я мог бы всю ночь делать только это, но Холден покачал головой.
– Хватит, – выдохнул он. – Сейчас… Ты мне нужен."
"Он нащупал презерватив на кровати, разорвал обертку и потянулся между нами, чтобы надеть его на меня. Затем откинулся на подушку и с трудом сглотнул, его зеленые глаза блестели, словно стеклянные.
– Ривер… – выдохнул он.
Я кивнул, у меня у самого перехватило дыхание. Добавил на свой член еще смазки. Но, боже правый, я был слишком большим. Хотел снова использовать пальцы, но Холден отмахнулся от них.
– Этого достаточно? – поинтересовался я.
– Достаточно, – ответил он. – Трахни меня, Ривер, и все будет хорошо, я обещаю. Боже, лучше, чем хорошо.
Он согнул колени и пристально смотрел на меня, в зеленой глубине его глаз плескалось доверие и нечто более глубокое. Нечто, в чем я мог бы безвозвратно утонуть, если не буду осторожен. Я снова прижался к нему.
Обхватил свой член, поглаживая его и распределяя смазку, а затем направил его вперед. Задержав дыхание, надавил. Медленно. Очень медленно начал погружаться в тесное пространство и с трудом понимал, как такое вообще возможно.

















