Когда ты вернешься ко мне
ХолденРодители хотели сделать из меня «идеального сына».Они поняли свою ошибку, когда я вернулся из лагеря терапии в истерике, весь избитый.Потом была кушетка лечебницы для душевнобольных. Из-за холода, что впился в меня ледяными клешнями.Да, я все так же крут, но теперь уже сломлен. Больше никого не подпущу к себе и на метр.Мне осталось продержаться год в Санта-Крузе, после чего я заберу наследство и начну все сначала.Я не планировал влюбляться.Но судьба смеется над нашими планами, не так ли?РиверЧто для меня счастье? Семейная автомастерская, дом, жизнь в Санта-Крузе.Футбол не входил даже в десятку. И я притворялся, чтобы оправдать чужие ожидания.Для всех остальных моя жизнь идеальна. Для меня она – ложь.С тех пор как заболела мама, слово «дом» приобрело иное значение. Я терял с ним связь, удаляясь все дальше от самого себя.Я мечтал о тихой гавани. Холден был другим.Бунтарь по натуре, любитель парижских вечеринок, неисправимый сердцеед.Моя полная противоположность.Но что случилось бы со мной, если бы он ушел?Демоны одного, обязательства другого – все играло против них. Но, разбивая сердца, судьба дарит то ощутимое и реальное, отчего ты уже не в силах отказаться…
Как шторм, набирающий силу с каждой секундой, превращающийся в безрассудный, маниакальный торнадо, изгоняющий холод. Мои поцелуи стали жестокими. Болезненными. Я скользнул по его футболке ниже, заставляя его член натянуть ткань джинсов под моей рукой. Я сделал это только потому, что знал, что он в моей власти.
Ривер застонал и оттолкнул мою руку, но все равно крепче вцепился в меня, как будто не хотел отпускать.
Но он это сделает.
Я задрал его футболку, чтобы засунуть руку за пояс джинсов, обхватить его, заставить страдать от желания. Наказать.
Он схватил меня за запястье.
– Холден…
Мое имя обернулось шипением, когда я больно впился зубами в твердый канат мышц между его шеей и плечом. Ривер выругался и оттолкнул меня.
– Какого черта?.. – Он приложил пальцы к вмятине от моих зубов и уставился на меня со смесью боли и недоверия.
Я смотрел в ответ, тяжело дыша, невеселая улыбка искривила мои губы. Все шептались у меня за спиной, что я вампир, и теперь я пометил Ривера как своего. За исключением того, что синяк на его шее в конце концов исчезнет, и никто не узнает, что он от меня.
Гнев Ривера растаял, и он двинулся ко мне.
– Холден…
Я отступил за пределы досягаемости.
– Мы пробыли здесь слишком долго. Пора уходить.
Не дожидаясь ответа, я повернулся и вынырнул на слишком яркое солнце. К нам навстречу шла Вайолет Макнамара, но, увидев меня и бредущего следом Ривера, замерла и опустила руку с телефоном.
Хорошо, – жестоко подумал я. – Пусть он разбирается со своей гребаной притворной дерьмовой жизнью.
Я самодовольно ухмыльнулся и приподнял перед ней воображаемую шляпу.
– Леди Вайолет.
Я слышал, как она тихо заговорила с Ривером, но выбросил из головы все мысли, кроме того, как бы побыстрее достать спиртного. Подкрадывался холод, и никакое заявление в колледж, никакой сонный городок, никакие бесплодные чувства к Риверу Уитмору не могли его прогнать. Он со мной навечно.
Глупо было надеяться на обратное."
"Несколько дней спустя Ронан, Шайло, Вайолет и я собрались в Хижине, чтобы попрощаться с Миллером. Видеоблог Эвелин привлек к начинающему музыканту внимание крупной шишки из «Голд Лайн Рекордс». В тот вечер Миллер летел в Лос-Анджелес.
Его ждал контракт, я был в этом уверен. И все в этом не сомневались, за исключением Миллера. Я буду очень скучать по другу. Добавив еще один пункт к своему внушительному списку боли, я отхлебнул из фляжки, к которой прикладывался весь день.
Ронан и Шайло уже были там. Ронан разводил огонь, прерываясь, чтобы нежно коснуться лица девушки. От их вида меня затошнило.
– Ты делаешь все неправильно, – буркнул я, пробираясь по вязкому песку к костру. – Эти бревна слишком мокрые. Они никогда не разгорятся.
Ронан и Шайло озадаченно переглянулись.

















