Когда ты вернешься ко мне
ХолденРодители хотели сделать из меня «идеального сына».Они поняли свою ошибку, когда я вернулся из лагеря терапии в истерике, весь избитый.Потом была кушетка лечебницы для душевнобольных. Из-за холода, что впился в меня ледяными клешнями.Да, я все так же крут, но теперь уже сломлен. Больше никого не подпущу к себе и на метр.Мне осталось продержаться год в Санта-Крузе, после чего я заберу наследство и начну все сначала.Я не планировал влюбляться.Но судьба смеется над нашими планами, не так ли?РиверЧто для меня счастье? Семейная автомастерская, дом, жизнь в Санта-Крузе.Футбол не входил даже в десятку. И я притворялся, чтобы оправдать чужие ожидания.Для всех остальных моя жизнь идеальна. Для меня она – ложь.С тех пор как заболела мама, слово «дом» приобрело иное значение. Я терял с ним связь, удаляясь все дальше от самого себя.Я мечтал о тихой гавани. Холден был другим.Бунтарь по натуре, любитель парижских вечеринок, неисправимый сердцеед.Моя полная противоположность.Но что случилось бы со мной, если бы он ушел?Демоны одного, обязательства другого – все играло против них. Но, разбивая сердца, судьба дарит то ощутимое и реальное, отчего ты уже не в силах отказаться…
Не хочется, чтобы вечер заканчивался.
Он наклонился ко мне, его дыхание было соленым с приторным привкусом выпитой «маргариты». На мгновение я замер, желая, чтобы это произошло. Чтобы Брэд поцеловал меня или даже вытрахал Холдена из моей головы, чтобы я мог жить своей жизнью.
Но тут же инстинктивно отпрянул, не позволяя губам Брэда коснуться меня.
– Прости. Я не могу. Завтра рано вставать.
– Ох, да, – выдохнул Брэд, натянуто улыбаясь. – Уверен, что это зашифрованное «у нас ничего не получится».
– Мне жаль. Стоило сразу сказать… Я пытаюсь оправиться после отношений.
– Вот как? Они закончились совсем недавно?
Еще не закончились.
– Да, довольно недавно. Я думал, что готов, но оказалось, что нет.
– Ну, в любом случае, ужин был приятным.
Брэд обнял меня, и я снова ждал, что мое, три года лишенное секса, тело как-то отреагирует. Но Брэд пах по-другому, ощущался по-другому в моих объятиях, и я с легкостью отпустил его.
– Всего хорошего, Ривер.
– Ага. И тебе.
Ублюдок ты, Холден. Где ты?
Мы разошлись в разные стороны, и я поехал обратно в свою квартиру. Включил свет и швырнул ключи на столик у входа. Сердце бешено колотилось в груди, и приходилось изо всех сил бороться за контроль над собой.
Я разделся до трусов и забрался в постель с «Богами полуночи». Снова.
Потому что я жалок, черт подери.
В какие-то моменты я терялся в сложной истории одного человека, Оливера, который живет, казалось бы, идеальной жизнью – любящий муж, карьера, – но который каждую ночь мечтает о другой версии самого себя: Джулсе. Он живет дикой, безрассудной жизнью, полной секса, наркотиков, алкоголя… и мечтает об Оливере.
Холден плавно сплетал повествования о них до кульминации, когда Оливер и Джулс видят друг друга по разные стороны одного и того же зеркала в ванной комнате в захудалом клубе Амстердама. Когда их отражения соприкасаются, они переносятся в черное озеро в заснеженной пустыне. Оба пытаются выбраться на поверхность, но вылезает только один, дрожащий и голый. Читатель остается в неведении, кому из героев повезло, и вообще выжил ли кто-нибудь. Может быть, один герой был просто наркотической галлюцинацией другого, когда тот умер в том амстердамском туалете. А может, и нет."
"На каждой странице я чувствовал борьбу Холдена, его стремление освободиться от своих демонов и безжалостной власти, которой они над ним обладали. Но открытый финал был большим вопросительным знаком, оставляя меня без ответов.
С внезапно вырвавшимся из груди рычанием, я швырнул книгу через всю комнату. Твердый переплет ударился о шкаф, и книга упала, смяв страницы и погнув корешок.
– Черт!
Тишина в маленькой квартире сгустилась, и я чуть не сдался. Чуть не закричал и не выплеснул каждую унцию горя и тоски по моей матери и Холдену.

















