Когда ты вернешься ко мне
ХолденРодители хотели сделать из меня «идеального сына».Они поняли свою ошибку, когда я вернулся из лагеря терапии в истерике, весь избитый.Потом была кушетка лечебницы для душевнобольных. Из-за холода, что впился в меня ледяными клешнями.Да, я все так же крут, но теперь уже сломлен. Больше никого не подпущу к себе и на метр.Мне осталось продержаться год в Санта-Крузе, после чего я заберу наследство и начну все сначала.Я не планировал влюбляться.Но судьба смеется над нашими планами, не так ли?РиверЧто для меня счастье? Семейная автомастерская, дом, жизнь в Санта-Крузе.Футбол не входил даже в десятку. И я притворялся, чтобы оправдать чужие ожидания.Для всех остальных моя жизнь идеальна. Для меня она – ложь.С тех пор как заболела мама, слово «дом» приобрело иное значение. Я терял с ним связь, удаляясь все дальше от самого себя.Я мечтал о тихой гавани. Холден был другим.Бунтарь по натуре, любитель парижских вечеринок, неисправимый сердцеед.Моя полная противоположность.Но что случилось бы со мной, если бы он ушел?Демоны одного, обязательства другого – все играло против них. Но, разбивая сердца, судьба дарит то ощутимое и реальное, отчего ты уже не в силах отказаться…
– О чем ты думаешь? – спрашиваю я.
– О тебе, – отвечает он. – Обо мне. Как я хочу быть с тобой.
Я смеюсь.
– Ты и так со мной. Всегда.
– Я в буквальном смысле. То есть прямо сейчас.
Затем он отрывается от бортика и снимает ботинки и носки. Следом ветровку и футболку.
– Что ты делаешь? – спрашиваю я, и сердце подскакивает к горлу.
– Возможно, глупость, – отвечает он, теперь голый, если не считать нижнего белья. – Но сегодня вечером мы обручились. Потому что ты проявил храбрость. Сейчас я тоже чувствую себя немного храбрым.
Черт побери.
Мне так долго этого хотелось. Вот почему я настоял на доме с бассейном. Я надеялся, что однажды он захочет попробовать, и я ужасно хотел быть рядом, когда он решится. Но понятия не имел, что это случится так скоро.
Холден садится на край бассейна и опускает ноги в воду. Его лицо неподвижно, но он так крепко сжимает бортик, что костяшки пальцев побелели.
– Холден…
– Подойди ближе, пожалуйста.
Я бросаюсь вперед, кладу ладони на его икры, давая знать, что я рядом.
– Что мне сделать?
Он благодарно улыбается, затем его улыбка сменяется решительным выражением. Храбрым.
Сделав короткий вдох, он отталкивается от края и погружается в воду. Он ахает, когда вода смыкается кольцом вокруг его груди. Здесь глубина в пять футов[51], а он стоит на фут выше, вода стекает по его шее и ключицам. Я инстинктивно обнимаю его."
"– Ты в порядке? – хрипло спрашиваю я. Гордость переполняет меня настолько, что я готов расплакаться, но этот момент принадлежит ему, и приходится взять себя в руки.
Он быстро кивает.
– Не отпускай.
– Ни за что.
Прохладная вода плавно скользит между нашими телами. Холден плотно прижимается к моим ногам, а спиной к стене. Я крепче стискиваю его и чувствую биение его сердца рядом с моим. Мы стоим на месте, пока стук не затихает и становится едва различимым.
– Все хорошо? – снова спрашиваю я.
– В порядке. Это глупо.
– Вовсе нет. Ты очень храбрый.
На его красивом лице появляется прежняя улыбка, а затем возвращается решительное выражение. Он отталкивает меня на расстояние вытянутой руки, все еще сжимая мои запястья.
А потом отпускает меня.
Я кладу руки на выступ и смотрю, как он скользит к центру бассейна. Слезы затуманивают взгляд, но я быстро смаргиваю их. Я не хочу упустить ни одной секунды.
Холден ныряет под воду и выныривает с легким вздохом. Я сдерживаюсь, чтобы не приблизиться, но с Холденом все хорошо, он лежит на спине и смотрит в небо. Затем вздыхает, как будто что-то отпускает. Что-то, что слишком долго носил в себе.
Через мгновение он ставит ноги на дно бассейна.
– Ладно, этого достаточно, – говорит он, подходя ко мне широким шагом. – Слишком много воссоединений, помолвок и побед над собой для одного вечера и одного человека.

















