Когда ты вернешься ко мне
ХолденРодители хотели сделать из меня «идеального сына».Они поняли свою ошибку, когда я вернулся из лагеря терапии в истерике, весь избитый.Потом была кушетка лечебницы для душевнобольных. Из-за холода, что впился в меня ледяными клешнями.Да, я все так же крут, но теперь уже сломлен. Больше никого не подпущу к себе и на метр.Мне осталось продержаться год в Санта-Крузе, после чего я заберу наследство и начну все сначала.Я не планировал влюбляться.Но судьба смеется над нашими планами, не так ли?РиверЧто для меня счастье? Семейная автомастерская, дом, жизнь в Санта-Крузе.Футбол не входил даже в десятку. И я притворялся, чтобы оправдать чужие ожидания.Для всех остальных моя жизнь идеальна. Для меня она – ложь.С тех пор как заболела мама, слово «дом» приобрело иное значение. Я терял с ним связь, удаляясь все дальше от самого себя.Я мечтал о тихой гавани. Холден был другим.Бунтарь по натуре, любитель парижских вечеринок, неисправимый сердцеед.Моя полная противоположность.Но что случилось бы со мной, если бы он ушел?Демоны одного, обязательства другого – все играло против них. Но, разбивая сердца, судьба дарит то ощутимое и реальное, отчего ты уже не в силах отказаться…
Хотел уже было захлопнуть дверцу, как желтый свет упал на магнит с семейной фотографией на другой дверце. Мама, папа, двое детей, все темноволосые, с белоснежными улыбками, контрастирующими с их темным цветом кожи. Они позировали на фоне золотого храма, окруженного огромным бассейном с водой. Внизу была небольшая надпись: «Наша поездка домой!» Амритсар, Индия, лето 20…
– Чтоб меня!
Я захлопнул дверцу холодильника и присоединился к Холдену в полутемной гостиной, уверенный, что в любой момент вспыхнут прожекторы и полиция закричит, чтобы мы подняли руки.
Я сунул оливки Холдену.
– Ты ведь здесь не живешь, правда?
– Я этого и не говорил.
– Господи Иисусе, они дома? Наверху? Какого?..
– Расслабься, – прервал меня Холден, бросая оливку в свой коктейль. – Они в отпуске на ближайшие две недели. Моя тетя Мэгс дружит с Шридхарами и предложила поливать их цветы, пока они в отъезде.
– Чувак… Это взлом с проникновением.
– Мы просто вошли. Не было никакого взлома.
– Это так не работает.
Он понес свой коктейль к раздвижной стеклянной двери, которая вела во внутренний дворик.
– Так ты идешь или нет?
Я стоял на полпути между Холденом и входной дверью. Можно было бы сейчас покончить с этим безумием и спасти бал с Вайолет.
Вернуться к своей искусственной, притворной жизни.
Я схватил пиво с барной стойки и присоединился к Холдену.
Он осторожно поставил свой коктейль на маленький столик и вытянулся на шезлонге лицом к бассейну. Я сел на край другого шезлонга, все еще в смокинге.
– Великолепная ночь, тебе не кажется? – произнес Холден.
– Конечно. Идеально подходит для мелкого воровства.
– Никто не помрет из-за пропажи пива и нескольких оливок. – Он задумчиво рассматривал свой бокал с коктейлем, вращая его в лунном свете. – Хотя они могут задаться вопросом, куда делись несколько унций их водки Ciroc. Эта штука недешевая, но, с другой стороны, мы отлично заботимся об их цветах.
– И часто ты вламываешься в чужие дома?
– При случае. Проще, когда владельцы дают код от сигнализации, но не так весело, как проникнуть без предупреждения. Ты удивишься, узнав, сколько людей оставляют окна незапертыми. – Он бросил на меня взгляд. – Или входную дверь.
– Зачем?
– В основном, из-за острых ощущений. И потому что я жил только в доме, но не знаю, каково жить дома. А у тебя, Ривер, самый домашний дом на свете.
Я отхлебнул пива, чтобы унять болезненно стиснувший горло спазм.
– Ненадолго.
– Насколько ненадолго? – тихо спросил Холден.
– Она боец, так что… несколько месяцев? Может быть.
– Прости. Но я еще больше рад, что привел тебя сюда. Тебе нужен тайм-аут. Или называй как хочешь. Перерыв.
Я хотел поспорить, но он был прав. Я устал. Морально истощен. Я сделал еще один глоток своего украденного пива.

















