Кодекс Императора VII

— Торговать телом ради рода?

— Не торговать телом, а выйти замуж! — резко поправил её отец.

— Это и называется продать дочь повыгоднее, — пожала плечами девушка.

Ей становилось всё труднее сохранять спокойствие, но выдержка, которой учили в академии, помогала. По сравнению с заданиями, что выпадали там, семейный ужин был лишь цветочками.

Мать Светланы сидела молча. Даже не смотрела в сторону дочери. Она во всём угождала барону и никогда не смела перечить его словам. Светлане искренне не хотелось повторять её судьбу.

— Таков удел всех женщин! — прокричал барон Клюквин. — Если тебе что-то не нравится, можешь жаловаться хоть самому императору!

— Обязательно, — кивнула Светлана, — как появится возможность, так и сделаю.

Барон и его сыновья дружно расхохотались. Только мать и сестра Светланы сидели с поникшими лицами.

— Ты надолго приехала? — наконец спросил отец.

— На две недели.

— Отлично, — потёр ладони барон. — Скоро у нас будет приём. Увидишь, как живут нормальные люди.

— Даже не надейтесь, — покачала головой Светлана. — Я не собираюсь выходить замуж после первого же приёма.

— Кто знает, кто знает… Там будет много достойных мужчин. Они тебя и спрашивать не будут, — усмехнулся барон Клюквин.

— Они как минимум вас спросят, — напомнила Светлана.

— А я им не откажу.

Светлана перевела взгляд на сестру и вздохнула.

— А что с Еленой? Удивительно, что ей уже семнадцать, а вы её ещё никому не продали.

— Она тебя беспокоить не должна. Елена никому не интересна. Вот про тебя спрашивают, например, барон Череницын.

— Ему шестьдесят, — скривилась Светлана. — Ему бы о здоровье своем думать, а не о женитьбе. Даже удивительно. Ведь моя сестра куда красивее. А ей не интересуются. Возможно, это разумные люди.

— В каком смысле? — нахмурился отец.

— Я ведь всем, с кем вы пытались заключить сделки о помолвке, отправляла письма. Они ко мне прислушались.

Светлане очень хотелось ответить отцу по достоинству. Но она могла рассказать лишь малое, что и сделала.

— Сомневаюсь, что кому-то есть до тебя дело, — хмыкнул барон Клюквин.

— Не знаю. Я делала это через ректорат, — невозмутимо ответила Светлана.

Старший брат вскочил с места с криками:

— Так это ты виновата⁈

— Стой, Саш! — остановил его отец. — Она просто пытается нас разозлить. Никто бы не воспринял эти слова всерьёз.

Светлана слегка улыбнулась. Сколько она не была дома — столько же еще хотела бы не приезжать. На самом деле, если бы не младшая сестра, она бы и вовсе сюда не вернулась.

Когда Светлане было восемь, на неё обратили внимание и пригласили учиться в элитное заведение. Отец с самого начала был против и не хотел отпускать дочь, но письма и давление серьезных людей сделали своё дело. Если бы не они, Светлану бы давно выдали замуж.