Командор войны

— Будешь упорствовать — продам голову шасам, — пригрозил Артем, вполне готовый к деловым переговорам.

— Не успеешь довезти — яд уйдет.

— Успею. Один звонок, и шасы привезут холодильник через двадцать минут. А то и через десять, если сделают портал.

— Шасы, — задумчиво протянул Ляпсус, не испытывающий нежных чувств к братьям по Темному Двору. — Они же жулики — цены не дадут.

— Биджар даст, с ним Кортес договорится.

Все знали, что Кортес водил тесное знакомство с верхушкой Торговой Гильдии, и Ляпсус насупился:

— Сколько ты хочешь?

— Тридцать пять.

— …! — задохнулся от возмущения монах. — Да таких цен нету! Из меня отец-настоятель сделает противостолбнячную сыворотку!

— Как хочешь, — пожал плечами Артем. — Напомню только, что лицензии на отстрел черных морян отменены, а каждый случай убийства с целью самообороны тщательно расследуется. Возможно, мне еще придется нанимать адвоката. Знаешь, сколько стоит хороший адвокат?

— С твоей изворотливостью он тебе не нужен. А если ты убил моряну только ради яда, так адвокат тебе и не поможет. Четырнадцать.

— Тридцать две!

— Да еще неизвестно, убил ли ты ее на самом деле! Может, она часа два как умерла от сердечного приступа и яд уже протух.

— Тридцать, и по рукам.

— Кротус, уноси холодильник — мы не договорились. Двадцать восемь.

Артем понял, что это предел.

— Открывай коробочку, брат Кротус.

Монах послушно распахнул холодильник, и голова монстра перешла в собственность эрлийцев.

— Кротус, переведи на счет Артема двадцать семь…

— Двадцать восемь.

— Ах да. Двадцать восемь тысяч. — Врач потер ладонью лоб. — Что-то я в последнее время на память жалуюсь… Кротус, пометь, что это мое распоряжение.

Здоровяк кивнул и скрылся в монастыре. Ляпсус посмотрел на Артема:

— Видок у тебя, конечно.

— М-да.

Артем посмотрел на себя: кровь моряны засохла, и элегантные брюки превратились в твердые, словно брезентовые, трубы, еле-еле сгибающиеся в коленях. Рубашка выглядела лучше, но и на ней присутствовали подозрительные пятна.

— Надо переодеться.

— Продать тебе старые брюки?

— Обойдусь.

— Как скажешь.

Артем потер глаза и помассировал виски.

— Устал? — участливо поинтересовался Ляпсус.

— Тяжелый вечер.

Монах приподнял наемнику веко и несколько секунд внимательно рассматривал зрачок:

— Ты много пил.

— Ага.

— И много суетился.

— Ага.

— Через сколько ты ляжешь спать?

— Еще не знаю.

Врач поморщился и отпустил веко:

— Вколоть тебе стимулятор? Иначе минут через двадцать-тридцать ты вырубишься.

— Вколи, — согласился Артем. В руках монаха появился маленький шприц. Он ловко воткнул его в мышцу наемника и усмехнулся:

— Премия за счет заведения.