Королева Хальдора

Мне казалось, что Берхарт способен создать что угодно. Вот только объяснял он очень плохо. Однако Ариадна каким-то непостижимым образом отлично понимала своего мужа. Она внимательно выслушивала его сбивчивые пояснения. Потом обкладывалась книгами, с которыми брат работал до этого. И через некоторое время выдавала простую и понятную инструкцию по созданию того, о чем совсем недавно рассказывал брат. Я считала эту ее способность даже более поразительной, чем талант изобретателя Берхарта.

Наручи, которые Берхарт подарил Эскалиону, оказались его первым артефактом.

Они были созданы из тех самых копий, которые долгие столетия удерживали силу первого короля. Брат переплавил одно из них и сотворил нечто поистине великолепное. Наручи собирали обязательную потерю, не давая остаточной магии рассеиваться в пространстве. Это исключило вероятность повторного прорыва тварей. Правда, первое время Эскалиону было не очень удобно постоянно носить эти наручи. Всё-таки сделаны они были из металла, а мужу приходилось даже спать в них. Но вскоре он к ним привык и перестал замечать.

Сейчас у Берхарта двое сыновей, и не так давно родилась дочь. Я понятия не имею, как он все успевает. Иногда мне кажется, что Берхарт годами не появляется из своих подземелий.

Самый младший из моих братьев – Герберт – в свое время тоже женился. Он не любил появляться в столице, так как из-за своеобразного дара ему было тяжело находиться рядом с большим количеством магии. Длительное нахождение в Вальгарде вызывало у него головные боли, тошноту и даже потерю сознания. Именно поэтому он все время жил в нашем старом поместье, куда и привел впоследствии жену.

Сейчас она носит их второго ребенка."

"У нас с Эскалионом за это время произошло многое. Бывало, мы ругались, обижались друг на друга, но всегда неизменно мирились. Эскалиону потребовалось несколько лет, чтобы окончательно прийти в себя после долгого заключения.

Он много времени уделял делам королевства. Я же занималась, как и положено королеве, замком. Поначалу. Потом моя деятельность выплеснулась за его пределы. Мне захотелось перестроить столицу. Эскалион не возражал, потому я отпустила свою фантазию в полет.

В итоге Адальград теперь не узнать. Широкие мощеные улицы, многочисленные каменные мостики, парки, фонтаны, большое количество деревьев на улицах  – все это появилось, конечно, не в одночасье, а заняло многие годы. Теперь Адальград в народе называют не цветком долины, а садом Амелии.

Я родила мужу двоих мальчиков.

Эйлерт – старший сын, наследник, чем-то напоминал мне Олларта. Он тоже был влюблен во все, что было связано с войной.