«Конкурс комплиментов» и другие рассказы от первого лица (сборник)

Проявлял идиотскую порядочность – удел безвольных и трусливых натур. Я напомнила, что уже совершеннолетняя и вправе распоряжаться своей жизнью без оглядки на родителей и прочие авторитеты.

– Люблю тебя! – повторяла я. – Хочу тебя! Никто другой мне не нужен.

Говорила, а сама целовала его лицо, шею, грудь. Он гладил меня по спине и голове, вначале растерянно и по-отечески. А потом – по-настоящему и страстно. И при этом он умудрялся быть заботливым и бережливым, словно я – не молодая крепкая девушка, а драгоценное хрупкое создание. Я чувствовала себя богиней, избранницей небес. Потому что мой первый интимный опыт резко отличался от того, которым делились подруги. Им достались судорожные корчи, боль и разочарование, мне – блаженство нежности и улетные ощущения.

На следующий день мы скомкали переговоры и весь день провели в гостиничном номере. Дурачились, как дети, целовались, как взрослые, и не могли нарадоваться друг другу. Но когда вернулись домой, Кирилл попытался вернуть все на прежний круг. Мол, что случилось, то случилось, но я не хочу портить тебе жизнь. Надо все забыть, зацементировать, залить бетоном и идти каждому своей дорогой. Я – подлец, ты – ангел, а то, что было, – мимолетное виденье.

Делать из своей жизни мимолетное виденье я была решительно не согласна. И мне пришлось второй раз брать крепость. Она сдалась после непродолжительной, но упорной осады. Кирилл влюбился в меня до умопомрачения. Я получила все, о чем мечтала, услышала слова, которые заслуживала. И про то, что я – негаданный фантастический подарок, чудесная молодая фея, праздник и радость его жизни.

Мы были очень счастливы в трудах и в постели. Наши сердца бились в унисон, и дышали мы, словно одни легкие на двоих достались. Кирилл на глазах помолодел, сбросил лишний вес, и энергии у него было столько, что взвод юношей мог позавидовать."

"Сын Кирилла, студент, учился в Москве, а жена работала в нашем краеведческом музее. Получала копейки и какие-то окаменелости изучала. Она и сама давно мхом поросла. И имя у нее дурацкое – Глафира Пантелеевна, как из русской литературы, из пьес Островского.

Помню, после большого заказа мы банкет на фирме устроили. Она фужер подняла и проморосила: «Как славно, что вам достался этот подряд в Егорьевске!» Мы полгода назад дом в Егорьевске сдали! А теперь совершенно другой контракт отмечали! Насколько она была далека от забот мужа, настолько я плотью и кровью жила ими.

Недавно встретила рассуждение, что люди уходят в бизнес, как на войну. Возвращаются не всегда или возвращаются с совершенно иным мировоззрением. Старые связи, дружеские и семейные, рушатся. Потому что есть новая, «фронтовая» жизнь. С новыми друзьями и новыми походно-полевыми женами.