Любовь Носорога (СИ)

В эти моменты ее грудь завлекательно обрисовывалась под тонкой рабочей блузкой, и Паша невольно облизывался. И прикидывал, под каким бы соусом ее к себе заманить. Не будешь же опять Пузырю распоряжение давать, даже через Батю. Западло. Надо по-другому, чтоб в доступе была. Рядом.

Он поставил Бате задачу выяснить, куда ее можно приткнуть работать на директорский этаж, и тот, ржанув в трубку, пообещал решить этот вопрос.

На выходных Паша мотался по делам в соседнюю область, и вернулся только в понедельник. И сразу на объект, где возникли непонятки, которые можно было бы решить и без его участия, но надо иногда показываться народу, чтоб не забывали, на кого работают.

И вот теперь, наблюдая, как его начальник, бля, безопасности, обнимает его, бля, женщину, Паша думал, что маловато он показывается народу. И некоторые явно забыли, на кого работают. Ну ничего, сейчас Паша напомнит, почему он Носорог.

17

От носорожьего рева Сергей Витальевич вздрогнул и чуть было не выронил меня прямо в лужу. Я опять взвизгнула и уцепилась за его плечи.

Безопасник очень спокойно и показательно аккуратно поставил меня на землю, ободряюще, хотя и несколько кривовато, улыбнулся и развернулся к бешено раздувающему ноздри начальству, чуть прикрыв меня широкой спиной.

Начальство суженными глазами оценило диспозицию и явно сочло ее вызывающей.

— Добрый день, Павел Сергеевич.

— Добрый? Да?

Ох, как рычит! Тихо, но страшно… До мурашек пробирает…

Я не рисковала встречаться взглядом с Носорогом, трусливо спрятавшись за спину безопасника, но даже от одного тона, уже спокойного, холодного-холодного, ноги затряслись. И как это Сергей Витальевич стоит еще? Я бы точно упала. На колени, наверно. А, стоп, я же уже падала…"

"Собственная реакция внезапно разозлила, да настолько сильно, что я, подняв подбородок, вышагнула из-за спины безопасника и нагло встретила жесткий, черный, до ужаса пугающий носорожий взгляд.

— Я здесь по тому вопросу, который мы с вами обсуждали сегодня днем по телефону, если помните. — Все так же спокойно и с достоинством заговорил Сергей Витальевич.

— А она? — Паша мотнул головой в мою сторону, обращаясь исключительно к Сергею Витальевичу и подчеркивая тем самым мою незначительность для этой беседы.

Я покраснела от злости и негодования. Так, значит, да, Носорог? Даже простого ""добрый день"" я не заслужила? А чего так? Плохо ноги раздвигала? Гад толстокожий!

— Я со своим руководителем приехала.

Сказала и сразу же испугалась. Вот это да! Это как это я так? Судя по напрягшейся еще больше спине безопасника, влезла я зря. И, если до этого надеялся он утихомирить Пашу своим деловым тоном, то теперь, похоже, придется нам бегством спасаться от разъяренного Носорога.