Королева ульев

– Без Лунии мне трудно, – печально признал он.

Листокрылая в жёлтых шелках подёргала запертую дверь и развернулась к остальным.

– Раз нельзя войти, значит, собрание будет на площади, так?

Сверчок огляделась. Похоже, на всём ярусе были только они четверо. В коридорах ещё попадались драконы, которые поднимались или спускались, но и они по большей части стремились ночью наверх, чтобы раствориться в привычном вихре развлечений, блистать самим и наслаждаться блеском других.

– Ты заметил, что слово, если его часто повторять, сразу стирается и тускнеет? – заметила она Синю. – Блеск, блестеть, блистать… интересно, да?"

"– Ты сама интересная, – восхищённо глянул он. – Кстати, здесь на этаже ничего не блестит.

Она подняла взгляд на высокие древокаменные стены. Так и есть – не в пример остальному улью библиотеку не украшали ни драгоценные инкрустации, ни фигурная цветная плитка. Разве что дорогие двери из настоящего дерева, скорее всего доставшиеся от предыдущего старинного здания, которое, судя по резным изображениям книг, тоже служило библиотекой.

Невольно вспомнилось, как Росянка в улье Осы в гневе полоснула когтями по резному портрету королевы на двери. Интересно, сколько времени надо на такую резьбу и можно ли заделать царапины? Остались ли ещё мастера, сохранившие секреты своего дела и нужные инструменты?

Синь тоже поднялся по ступеням и осторожно погладил полированную деревянную поверхность. В его взгляде, брошенном на Росянку, мелькнула глубокая печаль.

Как всегда, думает о чувствах других, догадалась Сверчок, представляет себя на месте листокрылой. Научиться бы, как он, и не забывать самой. Вот сейчас, например. М-м… ну да, вид натуральной древесины должен печалить Росянку – ведь у них отняли деревья!

– Что делать будем? – сердито буркнула Росянка, толкая её в плечо. – Вы трое какие-то сонные! Сказать Белладонне, что наш план провалился? Нужна нам «Хризалида» или уже нет?

Сверчок вздрогнула от напоминания. У тайного общества могут быть такие нужные сейчас ответы, чтобы остановить Белладонну с Цикутой и остальных листокрылов.

– Похоже, никто уже не придёт, – разочарованно пробормотал Мечехвост, всматриваясь в дальние уголки площади.

– Что-то мы упустили, – вздохнула Сверчок. – Цифра пять в записке! Номер двери? Нет, других тут нет, только одна в задней стене, но она выходит на равнину и тоже запирается на ночь. Скамеек всего четыре… Где пятёрка?

Синь прищурился, разглядывая дверь.

– Не вижу…

– Может, где-то на памятнике, как тогда на ярмарке?

Сверчок обошла цоколь в поисках сколов и трещин, но ничего не обнаружила. Глянула выше, на статую Ясновидицы. В мраморных когтях ничего, кроме книги, голова склонена над ней.