Королевский отбор, или Попаданка под прикрытием

Так скажи мне: Кайрус действительно вернулся?

Тереза на мгновение задумалась, ее взгляд стал отсутствующим, словно она пыталась проникнуть сквозь ткань времени и увидеть то, что скрыто от глаз. Потом она медленно подняла голову и открыто посмотрела на меня:

‒ Господин… он… ‒ она замялась, и я почувствовал в воздухе тяжесть ее сомнений. ‒ Он по-прежнему тот же Кайрус, что и был. Тот же строгий взгляд, та же решительность в движениях. Он еще слаб, здесь сомнений нет, однако... Я уверена в том, что недуг действительно отступил.

В ее словах я чувствовал искренность. Она верила... Нет, она хотела верить в то, что ее господин остался прежним. Но моя интуиция кричала об обратном. Она вопила, чтобы я не верил происходящему как чистой монете.

‒ Я рад, если это действительно так, ‒ мне пришлось сделать вид, что я согласен с ее доводами. ‒ Но пообещай мне одну вещь.

‒ Какую? ‒ девушка подалось вперед, и я ощутил сладкий аромат благовоний, которым Тереза окуривала покои Кайруса в надежде вернуть его обратно из мира забытья. Что же, скоро этот запах пропадет из ее жизни, потому что служанка добилась желаемого. И разбивать ее веру о камни реальности не входило в мои планы.

‒ Пообещай, что если заметишь перемены в его поведении, то сразу же сообщишь мне, хорошо?

Тереза кивнула, в ее глазах я увидел отражение легкого волнения. Но не более того.

‒ Я буду следить за Кайрусом, ‒ прошептала она. ‒ Если что-то изменится, если я замечу хоть малейший признак того, что он… Другой… Я сразу же сообщу вам.

‒ Спасибо, ‒ откинувшись на кресло, я кивнул. Тем самым завершая разговор. ‒ Можешь идти, Тереза.

Девушка ушла, а я все никак не мог перестать размышлять. Возвращение Кайруса было чудом, но каждое чудо имело свою цену, и я боялся, что эта цена может оказаться слишком высокой для всех. Для Карла. Для меня. И для Алтарии.

Глава 83

Лика

Я не находила себе места. Бродила из угла в угол, как лев, закрытый в клетке. Хотя, кому я вру, во мне ничего не было от грозного хищника. Я была кроликом, которого вот-вот должны были освежевать и отправить на вертел.

Но я это заслужила.

Вдох. Выдох. Анжелика, возьми себя в руки.

Самогипноз уже не помогал. Успокоиться не получалось от слова совсем. Сердце бешено билось о грудную клетку, и та отдавалась болью на каждый удар.

Как же я оплошала. Взяла да и сболтнула то, что не имела права. Тем самым подставив себе. И Дамиона. За себя страшно не было совершенно. А вот за советника переживала так, как никогда. Каким бы холодным и отстраненным со мной он не был, Дамион был дорог мне.

Я чувствовала, как каждая клеточка тела наполняется тревогой. Дыхание становилось все более поверхностным и рваным, словно воздуха в комнате становилось меньше и меньше. Мысли путались паутиной, в которую я сама себя и загнала.