Красавица и чудовище

Если бы только это было правдой, но факты говорили об обратном. Если бы она любила, никогда бы не ушла к Максу. Не существовало такой силы, которая способна была заставить его самого отказаться от нее тогда. Он готов был на все, весь мир мог бы бросить к ее ногам.

Алекс не имел права поддаваться чувствам, собрал волю в кулак и поплыл против течения. Презрительно усмехнувшись, напомнил Лизе, как обстояли дела на самом деле:

– Поэтому бросила, как надоевшего котенка?

Его слова ударили, будто кнут, заставив вздрогнуть от новой боли. Слезы невольно покатились по щекам, но не приносили облегчения.

Она так и не смогла пережить их расставание.

– У меня не было выхода…

– Выход есть всегда! – отчаянно крикнул Алекс, не сдержав кипевшие внутри эмоции, и уже тише добавил: – Даже если тебя съели.

Лиза горько улыбнулась. Он был прав. Могла смалодушничать и поступить по-другому, но простила бы себе крушение карьеры и судимость любимого человека? Смогла бы жить, зная, что все это из-за нее? Сердце, как и тогда, разрывалось на части от жалости и невозможности что-то изменить.

– Последствия выбора навсегда остаются на совести, – тихо ответила она и прикрыла глаза, чтобы попытаться восстановить внутреннее равновесие.

Разве может Алекс понять ее? Судить со стороны всегда просто. Вот если бы он пережил то, что пережила она…"

"Стирая слезы тыльной стороной ладони, восстанавливала события того вечера, все до мельчайших подробностей, их разговор и свою нестерпимую боль. Она до сих пор не прижилась в ее душе, слонялась из угла в угол и периодически напоминала о себе. Лиза так и не смогла ни прогнать, ни приручить ее. Просто смирилась и научилась существовать с ней.

– И как твоя совесть? Осталась чиста?

– Я сделала то, что должна была…

– Использовала пацана как донора и родила сына для мужа? – Алекс выплюнул очередное обвинение и неприязненно скривился. Эта тема была очень болезненной для него и главной в списке смертных грехов Лизы. Не хотел говорить ей об этом, но под действием эмоций слова вылетели сами собой. Ступил на очень скользкий путь, одно неверное движение могло стоить ему слишком дорого, но отступать было некуда.

Он так и не смог смириться с тем, что она лишила его сына, лишила возможности видеть, как он растет, просто отдала его заветную мечту какой-то конченой мрази.

От одной мысли об этом горечь и разочарование наполнили его до краев.

Несколько секунд Лиза пыталась найти в себе силы для колкого ответа. Внутри все перевернулось от несправедливого обвинения. Огонь протеста, вспыхнувший в ее душе, безмолвно погас, встретившись с ледяной ненавистью Алекса.

– Ты правда думаешь, что я способна на такую низость? – глухо спросила она и растерянно взглянула на него. Ей не в чем было себя винить.

Он молчал.