Красавица и чудовище

Руки подрагивали от напряжения, Алекс упрямо боролся с эмоциями, со своим вторым «я», но безрезультатно – сил, чтобы оттолкнуть, не находилось, и он неосознанно прижал Лизу к себе.

Неожиданно попав в кольцо сильных рук, она растерялась, а поняв, к кому именно, и вовсе обомлела. Сердце пропустило удар и, как сумасшедшее, забилось о ребра. В жестком хвате не было агрессии, наоборот, опасная притягательность его силы. Краснова неуверенно посмотрела на Гилберта и растворилась в сером тумане его глаз. Они, будто магнит, притягивали ее своей таинственностью, что-то невероятно знакомое и родное плескалось в их глубине.

Она не могла отделаться от странного ощущения дежавю, словно все это уже происходило с ней. Старалась успокоиться и дышать ровно, но никак не получалось отвести взгляд. Рядом с Алексом чувствовала себя под надежной защитой, не подозревая о том, что главная угроза исходит от него самого.

Его близость непривычно взволновала ее, жестоко напомнив о том, что она все-таки женщина. Лиза давно не испытывала ничего подобного. В какой-то момент ей стало по-настоящему страшно.

Испугавшись своих собственных, непонятных и странных, эмоций, она опомнилась и уперлась в твердую грудь ладонями.

Гилберт с трудом восстановил внутренний баланс, выпустил ее из объятий и сразу ощутил легкий озноб и пустоту. С каждой секундой она разрасталась все больше и отдаляла их друг от друга. Каких-то несколько секунд слабости, и зияющая пропасть вновь разверзлась между ними.

– Аккуратнее, – сухо произнес Алекс.

Его бархатистый голос звучал ровно и спокойно, без привычного презрения и надменности. Лизе на мгновение показалось, что она уловила знакомый тембр.

Сердце сжалось, отдаваясь болью в подреберье. Знала, что ошиблась, выдала желаемое за действительное, но так хотелось обмануться, хотя бы на краткий миг…

– Извините, – робко ответила она. Хотела поскорее уйти, чтобы скрыться от своих так не кстати нагрянувших воспоминаний, но Гилберт решил продолжить диалог.

– А то я могу решить, что вы специально врезаетесь в меня."

"Краснова шумно выдохнула, поражаясь такой наглости.

– Что? Зачем мне это?

Алекс по-прежнему оставался для нее загадкой.

Она просто не понимала, как себя с ним вести.

– Например, чтобы покалечить меня, – предположил тот, нарочно растягивая слова. – Или, – он наклонился к ее уху и хрипло прошептал, опаляя своим дыханием. – Чтобы соблазнить.

Мурашки ринулись по коже в разные стороны. Такой простой и одновременно интимный жест вернул Лизу в жестокую реальность. Она наконец поняла, что происходит – он просто издевается над ней.

– Да как вы… – начала она свою гневную тираду, но Гилберт не дал ей возможность договорить.