Красавец опекун

В другой раз они с легкостью могли бы смириться с поражением, но теперь были намерены играть сколь угодно долго, с радостью давая выход раздражению последних недель.

Выпитый бренди не оказывал никакого влияния ни на поведение приятелей, ни на характер игры. Подстегиваемые толпой находящихся навеселе зрителей, Макс и Дарси увлеченно продолжали играть, сидя за маленьким столиком в главном зале, когда вошел лорд МакКуббин, стареющий богатый шотландский пэр. Его сопровождала Эмма Мортлэнд.

Заинтересовавшись причиной всеобщего воодушевления, Эмма заметила элегантную фигуру герцога Твайфорда и коварно усмехнулась. Крепче вцепившись в руку лорда МакКуббина, она зашептала что-то ему на ухо.

— Э-э-э? Что? Ах да, — неразборчиво промычал его светлость и обратился к приятелям, сидящим в окружении плотного кольца зрителей: — Твайфорд! Вот вы где! Похоже, сегодня вы проиграли не только деньги, а?

Макс, собиравшийся сбросить карту, замер, посмотрел в лицо лорда МакКуббина, и нахмурился, осознав зловещий смысл слов его светлости.

— Что вы хотите этим сказать, милорд? — произнес он ровным убийственным голосом.

Лорд МакКуббин, похоже, ничего не заметил.

— Дорогой мой, вы лишились одной из подопечных. Я своими глазами видел, как та кокетка в розовом домино садилась в экипаж вместе с сэром Кейли у Пенбрайт-Хаус. Боюсь, что теперь уже слишком поздно что-либо делать, вы не находите?

Глаза Эммы Мортлэнд триумфально поблескивали, но Максу некогда было тратить на нее время.

— В какую сторону они поехали? — спросил он у лорда МакКуббина.

— Э-э-э — я не видел. Я вернулся обратно в бальный зал.

Взявшись за ручку двери своей спальни, Мартин Ротербридж замешкался. Был восьмой час утра. С самого возвращения с бала он сидел в компании графина бренди, размышляя о своих отношениях с Лиззи Твиннинг, но находил лишь одно решение. Покачав головой, он открыл дверь, но тут его внимание привлек доносящийся с лестницы шум. Он услышал голос брата, отдающего распоряжения сначала Хиллшоу, потом Уилсону. Макс редко позволял себе говорить таким тоном. Мартин мгновенно насторожился и, забыв о сне, поспешил вниз.

Макс с диким видом расхаживал по библиотеке, а Дарси Гамильтон молча стоял у окна. События прошедших недель оставили на его лице свой отпечаток, как и владеющее им в настоящий момент беспокойство. Макс бросил взгляд на часы, стоящие на каминной полке.

— Семь тридцать, — пробормотал он. — Если моим людям не удастся выследить карету Кейли в течение ближайшего часа, мне придется ехать в Твайфорд-Хаус.

Тут его поразила новая мысль. Почему его подопечные сами до сих пор за ним не послали? Это могло означать только одно — Арабелле каким-то образом удалось скрыть свой побег от остальных.