Красные искры света

Недаром его прозвали «Вожделением Азалии».

– Почему Азалии? – усмехнулась Полина. Ее всегда смешили названия зелий и заклинаний.

– Азалия – цветок страсти. На востоке считается, что это – символ женской красоты.

– Беру, – торопливо сказала Полина, завороженно глядя на приворотное зелье. – Сколько?

Сумма, которую назвала Ольга, впечатляла. Это были почти все деньги, которые имелись у Полины на этот момент. Но ей было не жалко – ради Ярослава ничего не жалко.

Напиток был горяч – сосуд грел руки. Грел приятно, многообещающе.

Полина почти наяву вдруг увидела, как целует Ярослава.

Ей захотелось сделать это прямо сейчас – дерзко, чувственно, бесстыдно. Потому что он – ее.

– Тебе повезло, что успела купить мою «Азалию», желающих много, – сказала Ольга. В ее взгляде была насмешка, однако за ней скрывалось понимание и даже сочувствие. – Я дам тебе инструкцию, как применить его.

– А ты сама часто пользуешься своими средствами? – полюбопытствовала Полина, пока Ольга что-то писала на листке бумаги.

– Бывает.

– А тот, кто сегодня отказался тебя целовать? – насмешливо спросила Полина, которая не всегда понимала, что переходит рамки.

 – На нем тоже что-то будешь пробовать?

Черные глаза ведьмы опасно блеснули. Казалось, сейчас ее рука с аккуратными темно-бордовыми ногтями вопьется в тонкую шею Полины, но ведьма ничего не сделала

– Как знать. Может быть. С его особенностями приворожить его довольно трудно. К тому же, – Ольга вдруг улыбнулась, – хочется его настоящего.

– Зачем он тебе? – удивленно спросила Полина. Он не красавец и, кажется, не богат, почему ведьма запала на такое ничтожество? – Нравится?

– Интересен, – сказала задумчиво ведьма.

 – Молод, горяч, свободен. В нем есть нечто такое… – Ольга задумалась, подбирая верные слова.

– Что – такое? Подростковый дух бунтарства? – с презрением спросила Полина. Смешно ведь!

– Малыш умеет любить. Обожаю это чувство. Искреннее, преданное, огромное, как мир. Таким не напиться! – Ольга замолчала, поняв, что сказала лишнего. – Из него получилась бы неплохая тень.

У Полины приподнялись брови.

– Ты что, – недоверчиво спросила она, – крадешь чувства? Создаешь белые тени?

Зелья, в которые вкладывались так называемые «украденные чувства», считались самыми дорогими, самыми редкими, эффективными и опасными.

Чувства «изымались» у «донора», вырывались, зачастую с куском души, а после «вживлялись» с помощью особых зелий, заклинаний и ритуалов нужному человеку.

Такие чувства называли белыми тенями. Иногда белые тени становились отдельной личностью. А иногда тот, у кого забрали чувство, сходил с ума или даже чего похуже. Из «доноров» же делали черные тени – мощных помощников для ведьм, исполняющих их желания.