Красные искры света

– Никуда не смотри!

– Я думала, ты совсем худой, а у тебя, можно сказать, кубики есть, – коснулась я собственного живота и напрягла мышцы. – Пресс качаешь?

– Настя, – довольно-таки противным голосом спросил Зарецкий, – почему делаешь ты, а стыдно мне?

– Потому что ты сейчас девчонка, – отозвалась я, продолжая осматривать обнаженный торс. Широкий разворот плеч, умеренный рельеф мышц, несколько старых шрамов, небольшое родимое пятно и волосы. Там, где их не должно быть – по крайней мере, на теле женщины.

Вот ты какой, Зарецкий!

– Хватит меня осматривать, – сердито сказал он.

– А ты ничего так, – сказала я, сгибая руку в локте и напрягая бицепс, как бодибилдер.

– Сейчас посмотрим, какая ты у нас, – вспыхнув, заявил Ярослав и быстрым движением сорвал с себя мокрую ночную рубашку, оставшись в одном белье, вернее, в нижней его части.

Кажется, Зарецкий и сам не ожидал такого эффекта и замер как вкопанный, глядя на самого себя.

Неловко стало нам обоим.

– Молодец, – сердито сказала я, кидая ему, горемычному, полотенце. – А теперь иди и прими горячий душ. И, надеюсь, ты помнишь, что душ принимают полностью раздетыми.

– Я сойду с ума, – жалобно сказал Яр. – Я уже сошел.

– Не ной.

Прикрывшись полотенцем, Зарецкий опасливо направился к двери – ванная комната располагалась на втором этаже, рядом со спальней.

– Полотенце вокруг себя оберни, горе луковое, – посоветовала я, набираясь смелости, чтобы снять штаны. – Не сверкай пятой точкой перед Карлом.

Его пальцы коснулись дверной ручки, и я крикнула:

– Стой!

– Что? – моментально обернулся он.

– Пойдем вместе, – вдруг решила я. – Я тебе не доверяю.

– Ты меня что, мыть будешь?! – заорал он возмущенно.

– Буду стоять рядом. За шторкой. И контролировать.

На это Ярослав согласился. И из спальни мы выходили вдвоем – оба завернутые в полотенца и с одинаковым ужасом в глазах. Спустились вниз и, слава богу, никого не встретили. Друзья все еще оставались на кухне.

Зарецкий залез в ванну первым и включил воду. Из-за занавески высунулась его рука и нетерпеливо потрясла зажатым в пальцах полотенцем, мол, подержи его. Я покорно повесила полотенце на крючок.

– И что мне делать? – озадаченно спросил Яр из-за занавески.

– То, что ты обычно делаешь с собой в душе, – ледяным тоном отвечала я.

Он рассмеялся.

– Я такое с тобой делать не буду.

– Котик, – мрачно сказала я. – Не думай о глупостях. Думай о том, чтобы выжить. Потому что если ты будешь нести чушь и заниматься ерундой в моем теле, я тебя прикончу. – И скомандовала: – Для начала возьми мочалку и гель для душа.

– Дай, – тотчас потребовал Яр. Скрипя зубами, вновь пришлось подчиняться и просовывать руку за шторку, чувствуя себя до ужаса нелепо.

Тотчас запахло персиком и манго.