Красное на красном

Впервые за последние двести лет Раканы будут участвовать в величайшем эсператистском действе вместе с главами других династических домов. Похоже, Клемент и впрямь взялся помогать изгнанникам, к чему бы это? Вспомнив о магнусе Истины, Эпинэ подавил улыбку. Найденный в сапоге крысенок стремительно пошел на поправку, но наотрез отказался покинуть своего спасителя. Зверушка оказалась ужасно забавной и смышленой. Когда после четвертой попытки отправить его в погреб крысенок вернулся в комнату Робера, тот сдался и оставил найденыша у себя, тем более что его родичи куда-то ушли, а кошки остались.

Какое-то время серый длиннохвостый забавник обходился без имени, но после повторного разговора с Клементом Иноходец обозвал влезшего в его тарелку грызуна именем магнуса. Кличка пришлась впору, хотя хвостатый Клемент был куда приятней своего тезки. А вот толстому трактирному коту очень подошла бы кличка Хогберд, и еще ему подошла бы парочка собак позлее…

– Я верю в вас, маркиз, – возвысил голос Питер.

– И я тоже, Робер, – добавила, колыхнув немалым бюстом, незаметно вошедшая Матильда, – хотя мне не по душе, что вы расстаетесь с Альдо.

– Моя принцесса, – Эпинэ торопливо вскочил, – Альдо не может ехать, а я не могу не ехать.

– Именно, – угрюмо подтвердила вдова. – В кои веки выдался шанс, надо его использовать, хотя я дорого бы дала, чтобы узнать, с чего это Адгемар собрался нам помочь.

Робер не был согласен с Енниолем и Альдо, державшими Матильду в неведении, но он клялся, и потом, здесь был Хогберд.

– Кагет вряд ли останется внакладе.

– Твою кавалерию! Кто-кто, а Лис своего не упустит. – Рука принцессы легла на голову просочившейся в кабинет Мупы.

 – Пока вы беседовали, я распорядилась об ужине. Как-никак это наш последний вечер, хотя Альдо, когда вернется из резиденции Эсперадора, тебя навестит.

– Когда избрание?

– Как только прибудут магнус Милосердия, кардинал Дриксен и епископ Оноре. – Робер спросил у Матильды, но ответил Хогберд. – Силы соперников равны, так что в победе Юнния сомневаться не приходится.

– Да, – кивнула Матильда, – он для этого достаточно болен. Предлагаю продолжить нашу беседу за столом.

Хогберд грузно поднялся и, опередив Эпинэ, подал вдовице руку, на которую та и оперлась.

Робер полагал, что с отвращением. Мупа, видимо, тоже обнаружила в бароне сходство с котом, поскольку в ответ на его галантность по отношению к хозяйке невежливо заворчала. Эпинэ усмехнулся, но смеяться следовало не над дайтой – над собой. Итак, будущий Повелитель Молний влюбился в гоганни, усыновил раненую крысу и стал послом. Роскошная карьера; подумать только, несколько месяцев назад Иноходец сидел в церковном приюте, глодал пареную морковь и считал это самым большим несчастьем в жизни.