Красное на красном

Святой Алан, Ворон не шутит, он и впрямь отпускает… Отъезд не будет изменой, а Иноходец – Человек Чести, герой восстания, он должен много знать об отце, обо всех…

Робер не станет смотреть сквозь сына Эгмонта, словно его не существует, не станет задавать непонятных вопросов, издеваться над тем, что свято для каждого истинного талигойца… Он увидит Альдо Ракана, Эсперадора, смешного барона Глана… Но Катари остается в Олларии. Катари… Неужели Феншо прав и Ворон его отсылает из-за королевы? Нет! Алва не может знать ни о его любви, ни о встрече в монастырском саду. Уехать – значит потерять Катарину Ариго…

– Что скажете, юноша?

– Монсеньор, я хочу остаться.

Рокэ пожал плечами и вернулся к таможенникам. Булькнуло и полилось в стаканы вино, засмеялся Коннер, за стенкой палатки сонно фыркнул Моро.

2

Лошадь и ту ему дал Ворон. Дракко недавно потерял хозяина, что пробудило в Эпинэ особенную нежность к коню, ведь они оказались товарищами по несчастью. Рыжий полумориск ни ходом, ни выносливостью, ни статью не уступал сгинувшему Шаду Первому. Нового хозяина он принял настороженно, но с кем с кем, а с лошадьми Иноходец всегда ладил, хотя за то, что смог бы подчинить мориска Алвы, не поручился бы.

В Моро лошадиной была только стать, а норов то ли песий, то ли змеиный. Среди морисков порой попадались кони-звери, убивавшие и калечившие всадника за всадником. Эпинэ не заслуживал бы ни своего герба, ни своего прозвища, если б не знал признаков, по которым уже в трехмесячном жеребенке можно распознать будущего убийцу. В Багряных Землях таких оставляют на племя, в Золотых, как правило, убивают, ведь объездить мориска-убийцу под силу лишь демонскому отродью. Что ж, Моро и Алва нашли друг друга.

Робер не сомневался – Ворон пристрелил казара намеренно, хотя такой выстрел и впрямь сродни чуду. С левой руки, почти не целясь, сбить ягоду на голове одного человека и выбить глаз другому! Теперь дикари вопят про волю своего козлобога, кагеты не знают, что делать, а он отпущен на все четыре стороны."

"Проэмперадор сделал правильный выбор, Адгемар, даже посаженный на цепь, оставался опасным, а теперь о Кагете можно забыть. Обруч лопнул, бочка рассыпалась, в неизбежной грызне всех со всеми будет не до козней против Талига, да и некому эти козни строить – уцелевшие казароны тупы как бараны. Тех, кто хоть немного соображал, Адгемар предусмотрительно перерезал, а бириссцы отданы на растерзание исконным врагам, им не до войн и не до мести, детей бы спасти! Рокэ, гореть ему в Закате, рассчитал верно…

Дракко споткнулся о камень и захромал. Пришлось спешиться и выковырять попавший в подкову камень, спасибо, сама подкова не отлетела. Кагеты и бакраны и не думали помогать, хорошо хоть остановились и подождали.