Кровник

Только наличие «пассажира» заставило меня искать комфортабельное место, расположенное на значительном удалении от объекта наблюдения. В процессе обозревания я очень ненавязчиво разъяснил Тэду этот момент, но он не обратил на мои пояснения никакого внимания, упершись на том, что каждый человек имеет право на комфорт и уют.

– Ничего, коллега, осталось немного, – успокоил я Тэда. – Задом чую – сегодня нашей засаде конец!

Полистав блокнот, британец сопоставил идеоматический оборот в моей заключительной фразе с имеющимися у него объяснялками, покосился на мою задницу и, буркнув свое «о-е», растянулся на дне воронки, попытавшись изобразить дремоту.

Заняться было нечем. За эти трое суток мы обсудили все, что можно, оспорили буквально все, что вызывало сомнения как у меня, так и у журналиста, и успели узнать друг о друге массу разнообразных ненужных подробностей.

Я рассказал Тэду про зверство Ахмеда, и он вначале не поверил, прагматик хренов.

– Факты есть? Очевидцы?

– Есть, есть, – уверил я коллегу. – Очевидцы есть и место захоронения известно. Вот доберутся туда федералы, там и посмотрим… – Затем я добавил, что между делом умертвил Ахмеда, и Тэд моментально надулся.

Выдержав некоторую паузу, я соврал, что обладатель меча, волчара, бросился на меня с кинжалом, мы бились долго и с переменным успехом, жизнь моя висела на волоске, но в конечном итоге я приложил титанические усилия и одержал победу.

Одно вранье влечет за собой другое. Тэд тут же начал задавать дурацкие вопросы, типа: а куда смотрели те, что сидели во дворе? Зачем Ахмед ни с того ни с сего вдруг бросился на меня? Почему я вообще возвратился обратно в село? И так далее. Пришлось изворачиваться и одухотворенно сочинять на ходу, изображая честность во взоре.

Наверно, я прирожденный лгун: британец в завершение расспросов немного просветлел ликом, вроде бы поверил. Я прекрасно понимал его состояние. Для законопослушного гражданина Европы жизнь человека – это святыня, чтобы отнять ее, потребны весьма и весьма значимые причины. Ну, ничего, британец, будут тебе причины, сколько хочешь будут…

– А что ты собираешься делать с этим Бесланом? – вдруг ни с того ни с сего заинтересовался Тэд, когда я уже несколько поуспокоился и расслабился.

– Ты его тоже будешь убивать?

– Беслан – закоренелый преступник, – пояснил я. – Он почти два года в «духах». Это значит, что он все время грабил, Насиловал и убивал. Ну, я нападу на него сзади – так, чтобы он не видел, спеленаю и допрошу. При этом я подвергаюсь такому же риску. Если он окажется ловчее, тут уж как получится…

После этого Тэд замкнулся и некоторое время общаться не желал. Мне пришлось изрядно поднапрячься, чтобы убедить британца в том, что большинство из «духов» – конченые негодяи, а вовсе не «душки».