Кровавый квартал

Кровавыми пальцами я провел по ее сердцу и медленно опустил руку вниз, оставляя кровавый след на ее теле.

— Да, Грейсон, я сейчас снова кончу, — простонала Алора, подпрыгивая на моем члене. Мои пальцы впились в ее мягкие бедра, пока я смотрел на отпечаток своей руки на ее шее. Синяк скоро исчезнет, но память останется навсегда. Я высунул язык и провел по ее соску, пока она продолжала двигаться. Алора наклонилась ко мне, и я втянул в рот твердый сосок, слегка прикусив, отчего она дернулась на мне и резко вдохнула. Второй сосок получил ту же порцию внимания, и я наслаждался, как она берет все в свои руки, подчеркивая, что теперь главная.

— О, блять, да, — выдохнула она, ускоряясь, ее движения стали хаотичными, а я почувствовал, как ее киска снова сжимает мой член.

— Блять, — вырвалось у меня, и я начал двигаться в ответ, несмотря на недавнюю разрядку, не в силах остановиться.

— Грейсон! — Закричала Алора, кончая на мой член.

— Блять, блять, блять, — повторял я, ощущая, как снова кончаю. Второй раунд был интенсивным, почти на грани боли, но в этом было что-то безумно приятное, и я бы пережил это снова.

Алора прижалась ко мне, и я заключил ее в объятия, наши сердца бились в унисон.

— Я — это ты, — прошептала она, целуя место на груди, где я вырезал «кукла». Я улыбнулся.

— Ты — это я, — ответил я, касаясь губами ее лба и закрывая глаза, впитывая ее присутствие.

— Мы — одно целое, — произнесли мы одновременно, завершая наш ритуал, возрождение наших жизней.

Мы просидели так достаточно долго, что пот на наших телах успел остыть, когда Алора подняла голову и посмотрела мне в глаза. Ее лицо, как и все тело, было в красных пятнах, и я знал, что выгляжу так же.

— Это была не совсем моя вина, — спокойно сказала она, без намека на прежнюю боль в голосе. Я понял, что она говорила про ту аварию.

— Я знаю.

Ее взгляд потемнел, и я почувствовал, как мое тело снова откликается.

— Найдешь для меня Кита? — Спросила она, поцеловав мою нижнюю губу, как озорная кошечка, выпрашивающая молока. Я лизнул ее в ответ и зарычал, притянув ближе к себе, когда она приоткрыла губы. Крепко целуя ее, я провел языком по маленькому порезу, оставленному моими зубами.

В ее глазах вспыхнул дикий огонек, когда она отстранилась. Алора поднялась, так же уверенно стоя среди крови и смерти, как и я. Она ухмыльнулась и протянула мне руку, и я вложил свою в ее.

— Мне нужно вывести Яру. Она, наверное, волнуется. Она пыталась мне помочь, — сказала она, кивнув в сторону мужчины, который на нее напал. Кто он, я не знал, но если бы она его не убила, я бы убил.

— Кто он?

— Отец той девочки, что погибла в аварии. Он обвинял меня в ее смерти, — Алора вздохнула. В ее глазах больше не было вины, в них была печаль, которую мне никогда не понять. Она указала на стол.