Кровавый квартал

"

"— Кажется, тебе нравится мазать меня чем угодно красным и слизывать, — усмехнулась я, когда он взял меня за руку, переплетая наши пальцы. — Никогда не меняйся, — сказала я.

— Это мне не грозит.

Мы ехали в тишине к следующей остановке. Я волновалась из-за встречи с Рексом, больше, чем из-за разговора с мистером Молисано. Увидев его на привычном месте под деревом напротив приюта, я выдохнула с облегчением. Это глупо, конечно. Рекс — взрослый мужчина, прошедший через войну и столько всего, что мне и не снилось. Но я все равно не переставала за него переживать. У него никого не было. Он был разведен, без детей, а его сестра умерла в прошлом году от рака. Я чувствовала себя его семьей, но не могла забрать его домой. Это было бы слишком опасно.

— Вот, держи, — сказал Грейсон, припарковавшись у дерева и протягивая мне конверт, который вытащил из бардачка. Рекс уже смотрел на нас. Сердце колотилось, я переживала, что его упрямая задница откажет мне.

— Пожелай мне удачи, — пробормотала я, открывая дверь.

— Она тебе не нужна, — уверенно ответил Грейсон, когда я вышла из машины.

— Кого я вижу. Я уж думал, что ты решила сбежать из города, не попрощавшись, — сказал Рекс, повернувшись ко мне. Он затянулся сигаретой, а потом затушил ее подошвой ботинка.

— Я бы так не поступила. Попала в передрягу, но… сейчас все хорошо, — сказала я, зная, что Рекс не станет расспрашивать меня о срыве.

— Вижу, — он указал на порез на моей щеке. — Это он сделал? — Спросил он, кивнув в сторону машины.

— Нет, не он. Он спас мне жизнь, — Рекс удивленно поднял брови. — Спасибо, что сказал ему, что не видел меня той ночью. Скажем так, меня бы здесь не было, если бы Грейсон не нашел меня.

— Вот дерьмо. А я-то думал, что он мутный тип, — рассмеялся Рекс. Ну, Грейсон и правда мутный. — Рад, что ты в порядке. Значит, ты вернулась? Или идешь вперед?

— Надеюсь, что мы оба пойдем вперед, — сказала я, прочистив горло.

— Ах вот как? И куда, по-твоему, я пойду?

Я сжала конверт крепче, повторяя про себя заранее заготовленную ложь.

— У Грейсона много связей в делах ветеранов, и я попросила его передать твои данные в несколько мест.

Рекс скрестил руки и строго посмотрел на меня.

— Ты же знаешь, как я отношусь к подачкам, — сказал он.

— Это не подачка. Обещаю. Просто выслушай. — Он махнул рукой, чтобы я продолжала. — У них есть жилье для солдат и ветеранов, и недавно освободилось место. Они еще принимают пожертвования, которые идут на оплату операций. Больница согласилась прооперировать твою ногу.

— Звучит как подачка, — фыркнул он. Я скрестила руки и посмотрела на него с тем самым выражением лица «я не закончила». — Ладно, извини, продолжай.

— Им нужны работники.