Крымский излом: Крымский излом. Прорыв на Донбасс. Ветер с востока

Правда, и КВ и Т-34 тоже выглядели весьма солидно и уверенно в своей зимней пятнистой окраске.

Это сколько же техники нагнали! Причем вся или трофейная, или вообще ранее неизвестная – может, американская? Из наших машин я видел только танки, те самые КВ и Т-34.

Теперь я снова лейтенант и снова командир, правда не взвода сорокапяток, а батареи германских 75-мм полевых пушек. Есть еще легкие 105-мм гаубицы, но к ним подыскали другого лейтенанта-артиллериста, который до плена имел дело с нашими 122-мм гаубицами. Командиров среди пленных оказалось мало, так что в пехоте сержанты командуют взводами, а кое-где и ротами.

Но для начала всех нас, бывших пленных, собрали у здания вокзала. Нет, не всех сразу, собирали повагонно. Сразу всех собрать было просто невозможно, ведь было нас две – три тысячи человек, из тех, кто попал в окружение под Мелитополем в октябре. Заводили в здание вокзала в один заход человек по десять. Внутри, несмотря на глухую ночь, все работало как хорошо отлаженная машина. Худые, чем-то похожие внешне на нас санитарки из бригадного медсанбата стригли нас наголо, брили, выдавали каждому большую кружку остро пахнущей лекарством сладкой воды.

Потом я узнал, что их самих вот так же освободили из лагеря военнопленных под Бахчисараем десять дней назад.

Потом короткая, буквально два слова, беседа с особистом бригады. Майор госбезопасности скользнул по мне невидящим, безразличным взглядом и только попросил надеть на указательный палец что-то вроде наперстка с выходящим из него тонким проводком. Он задал мне несколько вопросов, посмотрел на человека, который сидел рядом с ним с небольшим ящичком, тот кивнул…

И все, я свободен, секретарь внес мои данные в большой гроссбух и попросил пройти дальше, получить оружие и назначение.

А вот человека, который был в очереди сразу передо мной, отвели в отдельную комнату. Не знаю, что с ним стало, но больше мы его уже не видели.

Бригада встала у нас на двенадцать часов, как раз до следующей ночи. Их механики тут же полезли в моторы, а генерал-майор Бережной собрал всех освобожденных из плена командиров. Разговор был недолгим.

Наша задача – держать станцию и небольшое предмостное укрепление на правом берегу Днепра.

В тылах у немцев практически пусто, так что серьезными силами они нас атаковать не смогут. Командир нашего сводного отряда, капитан Железнов, получил от генерала рацию, по которой в крайнем случае можно было вызвать авиационную поддержку. О нашей авиации, которая буквально две недели назад внезапно начала свирепствовать в небе над Южным фронтом, мы знали из рассказов конвоиров. Именно от этих ударов с воздуха немцы и прикрыли станцию живым щитом из пленных. Теперь они пожалеют об этом.