Крымский излом: Крымский излом. Прорыв на Донбасс. Ветер с востока
В 2012 году к берегам Сирии, охваченным пламенем междоусобной войны, вышла российская эскадра под командованием контр-адмирала Ларионова. Но вместо Средиземного моря она оказалась в море Балтийском, а из 2012 года попала в январь 1942 года, когда еще не закончилось наше наступление под Москвой, а советские десанты высадились в Крыму, пытаясь разблокировать осажденный Севастополь.С кем быть, чью сторону принять? Никто из людей XXI века не колебался ни минуты. В самый страшный год для нашей Отчизны они вступили в бой с врагом, присоединившись к десанту, высадившемуся в захваченной немцами и румынами Евпатории.Удар, нанесенный по противнику, коренным образом изменил всю обстановку на южном фланге советско-германского фронта. Но люди из будущего, зная историю Великой Отечественной войны, не питали иллюзий – борьба с вражеским нашествием предстояла еще долгая и тяжелая. И они включились в нее, вместе с героической Красной Армией.И вот, уже деблокирован Севастополь, освобожден Крым, а в Донбассе разбита группировка войск под командованием генерала Гудериана. Сформированная из морских пехотинцев бригада особого назначения переброшена под Ленинград, чтобы снять осаду с города на Неве и разгромить противостоящую Красной армии группу армий «Север». А корабли эскадры из будущего, наведя порядок на нефтепромыслах Плоешти, миновав Проливы, вышли в Средиземное море. Война продолжалась, и пришельцы из XXI века готовы к новым сражениям с захватчиками.
– В конце концов, вы не просто свидетель и участник событий, а еще и лицо, облеченное определенным доверием…
Майор бросил взгляд на своего прямого и непосредственного начальника, глубоко вздохнул и ответил:
– Я, товарищ Сталин, разделяю точку зрения товарищей Василевского и Бережного. Задачу по проведению рейда и взлому вражеской обороны изнутри бригада выполнила на «отлично» с незначительными потерями. В плане стратегии достигнут решающий результат, и группа армий «Юг» потерпела тяжелое поражение, и фактически от нее осталась только 6-я полевая армия Паулюса.
– Возможно, вы и правы, товарищ Санаев, – Сталин медитативно, медленными движениями утрамбовывал табак в трубке, – у нас не так много генералов, способных навязать немцам свою волю… А что нам скажет товарищ Берия?
Генеральный комиссар госбезопасности ответил:
– Я полностью согласен с товарищем Василевским.
– Мы сделаем лучше, – вождь чиркнул спичкой, – эту героическую бригаду необходимо направить сюда, к нам в Кубинку, на 22-й полигон.
Кроме того, пригласите туда наших замечательных конструкторов – Морозова, Астрова и других. Пусть товарищи танкисты поговорят с ними, выскажут свои замечания и претензии. Почему только товарищу Сталину приходится слушать о недостатках нашей техники?
Да, и покажите товарищам конструкторам, к чему им надо стремиться. В тот раз мы прозевали начало массового применения противником тяжелых танков и дорого за это заплатили.
– Так точно, товарищ Сталин, – кивнул Берия, – сделаем.
Сталин снова посмотрел на Санаева.
– А вообще, все вы молодцы. Это я, товарищ Санаев, вас за всех благодарю. И товарищей Ларионова, Бережного, Кузнецова, Василевского, Рокоссовского, и каждого командира и рядового бойца.














