Крымский излом: Крымский излом. Прорыв на Донбасс. Ветер с востока

Скажите, какова ваша конечная точка назначения?

Ответ полковника Игнатенко был коротким, как последняя затяжка сигаретой приговоренного к расстрелу:

– Севастополь!

– Отлично, – кивнул поручик. – В Севастополе вас встретят. Мы предупредим кого нужно. – Он как-то странно прижал ухо к плечу, будто вслушиваясь в нечто, что было внутри него. – Да, так точно. – Потом поручик снова посмотрел на полковника: – Виктор Петрович, на сборном пункте в Севастополе все желающие настоящего дела пусть спросят гвардии майора Тамбовцева. Он вас определит в бригаду генерал-майора Бережного.

За сим, господа, позвольте пожелать вам благополучного плавания. Нам пора. И не бойтесь, все будет хорошо.

Сразу после этих слов по трапу в катер спустился сначала сержант-чекист, потом матросы, а последним поручик Никитин. Взвыл мотор, и, оставляя за собой белопенный след, катер рванулся к кораблю. Мы все стояли, как громом пришибленные.

– Да, дела, – сказал кто-то. – Ничего не пойму. Дело ясное, что дело темное.

– Ничего не сказал, – ответил другой голос, – но обнадежил.

А я вспомнил, что когда-то году этак в шестнадцатом, довелось мне встретиться на фронте со штабс-капитаном Василевским.

Хоть и было то знакомство шапочным, но вырос Александр Михайлович в Красной России в большого человека. Генерал-лейтенант, фронтами командует…

Эх, может, в восемнадцатом не к белым надо было идти на Дон, а к красным – в Москву? Кто знает, может, и лежал бы я сейчас в сырой земле, как поручик Тухачевский? А может быть, и армиями и фронтами бы командовал? Размечтался ты, Петр Петрович, жизнь ведь уже не переиграть…

Одно ясно – кто на свою землю под чужим знаменем придет – проклят будет, кто за свою землю ляжет – свят.

Может, потому мы, белые, красным проиграли, что связались с Антантой и, поверив щедрым обещаниям «союзников», призвали в Россию на помощь всякую заморскую дрянь – англичан, французов, японцев, турок, германцев, американцев и даже поляков… Где-то, говорят, даже греки отметились. Потому и проиграли ту войну, что, ослепленные ненавистью, землю свою предали. А те, у которых и по сей час пелена с глаз не спала, Гитлеру в СС служат, с большевизмом воюют…

Пароход начал набирать ход, стремясь скорее приблизиться к безопасному для нас турецкому берегу.

А я все стоял на корме и смотрел на запад, куда ушла русская эскадра. И думал: как нам теперь жить дальше-то?

29 января 1942 года, вечер.

Атлантика, сто миль западнее Лиссабона. АПЛ «Северодвинск»

Сегодня ночью радиооператоры БЧ-4 перехватили «квитанцию» немецкой подводной лодки, направляющейся из базы 2-й флотилии подводных лодок в Лорьяне на коммуникации союзников в Центральной Атлантике.