Кружевное убийство

Снежана вернулась на третий этаж, дождалась прихода горничной с ключом. Молоденькая девушка выглядела напуганной, видимо, проигрывала в голове, что делать, если выяснится, что элитной постоялице плохо. Однако в люксе было пусто. Ни в гостиной, где Снежана оставила пожилую женщину, ни в спальне, ни в ванной, ни в кабинете ее не было.

– Вот видите, – с облегчением сказала горничная. – Ваша родственница просто ушла. Правда, ключ от номера она не сдавала, так что, скорее всего, вышла ненадолго, воздухом подышать.

– Скорее всего, – задумчиво согласилась Снежана. – Спасибо вам большое, извините, что потревожила.

Выйдя из гостиницы, она снова остановилась, не понимая, что делать дальше. Итак, подозрительная родственница сбежала из гостиницы, чтобы куда-то отправиться? Кто она вообще такая и зачем появилась? Что ей надо от Снежаны и ее семьи? Ответов на эти вопросы по-прежнему не было. Немного поразмыслив, Снежана решила, что одной ей ни за что не справиться. Достав телефон, она набрала номер Михаила Зимина.

– Добрый вечер, Снежана, – услышала она бодрый голос в трубке и вдруг почувствовала, что ей стало легче, снедающая ее тревога развеялась.

 – Вы закончили чтение дневника? Появились мысли?

– Что? Дневника? Нет, пока не закончила, – призналась Снежана, вспомнив, что оставила его на работе. – Но тут выяснились новые обстоятельства, Михаил Евгеньевич, то есть Михаил. И я бы хотела с вами их обсудить.

– Новые обстоятельства? Вы хотите сказать, что к вам опять кто-то влез?

– Нет-нет, у нас с мамой все в порядке, – успокоила его Снежана. – Но мне кажется, наша новая родственница появилась неспроста. С ней что-то не так, Михаил.

Мне кажется, она может иметь отношение к убийству Бубенцовой.

– Эта милая дама? – В голосе Зимина звучало сомнение, и Снежана тут же почувствовала себя дурочкой. – Что с ней может быть не так?

– Михаил Евгеньевич, то есть Михаил, у меня появились основания подозревать, что она приходила к Дарье Бубенцовой домой.

– Ваша тетя встречалась с жертвой? – Нотки в голосе изменились, стали требовательными, властными. Снежана вдруг подумала, что Зимин, наверное, очень хороший следователь. – А могу я спросить, откуда вы это взяли?

– Поговорила с соседкой.

 – Голос Снежаны упал до шепота, она понимала, что ей сейчас наверняка попадет. – С соседкой Дарьи Степановны.

– Та-ак. – Голос в трубке стал зловещим и не предвещающим Снежане ничего хорошего. – А скажите мне, многоуважаемая Снежана Александровна, зачем вы вообще поперлись в дом потерпевшей? Вы что, собственное расследование затеяли? И это после того, как я вас сто раз предупреждал быть осторожной? Что вы себе позволяете?

Ни о чем подобном он Снежану не предупреждал, это она помнила отлично.