Личный целитель Его Светлости

Начинать серьезный разговор, находясь в заведомо невыгодном положении, я не собиралась. Не на ту напал.

Усталость валила с ног, но я знала, что на дне саквояжа лежит еще пара чудодейственных конфет. Кроме того, мой магический резерв хоть и расходовался по неприметной капельке на каждого раненого, все равно остался почти нетронутым. Существовали способы устранить усталость с помощью магии. Однако, конфеты для этой цели сейчас подходили как нельзя лучше, потому что я надеялась, что разговор с Гатто окажется плодотворным, и я вернусь в госпиталь, чтобы помочь Алистеру и его несчастным родителям.

Конфета оказалась только одна. И вещи в саквояже лежали немного иначе. Я перевела взгляд на рыба и спросила:

- Здесь кто-то был?

- Здесь кто-то есть, - ответил Гатто, не соизволив повернуться мордой ко мне.

Ну ладно…

Я села на кровать, сунула в рот конфету и стала ее медленно разжевывать, ощущая, как прибавляются силы, и магическая энергия уже несется по венам и артериям, напитывая собой каждый уголок тела.

Рыб молчал и даже перестал шевелить плавниками, полностью меня игнорируя.

Легких путей я не искала, но и усложнять их было не в моих правилах. Недолго думая, развернула аквариум так, чтобы оказаться лицом к морде Гатто. От такой наглости и без того выпученные глаза окмалиона выпучились еще сильнее. Он негодовал, я это чувствовала. Каждая его чешуйка отливала гневом.

- Или мы общаемся нормально, и тогда ты получаешь и питание, и мое уважение, или я смываю тебя в трубу. В помывочной как раз имеется нужный диаметр. Но тогда за твою жизнь никто не даст и ломаного гроша. Вас и так почти не осталось, а большинство людей понятия не имеет, насколько ты ценный. Кончишь жизнь на сковородке или в брюхе у кошки.

Да, на выражения я не скупилась. Просто подумала, что с хамами нужно общаться в том же ключе, но не уподобляясь, не переходя границ, лишь используя меткие слова."

"Сейчас мы с Гатто находились столь близко, что нас разделяло только стекло. Я отражалась то в одном глазу рыба, то в другом, и, очевидно, что где-то там под чешуей, в черепушке шел напряженный мыслительный процесс. Труба моему питомцу показалась малопривлекательной перспективой, он вильнул хвостом, и в моей голове прозвучало:

- Что мне будет за лояльность?

- Поймаю тебе самую жирную муху.

Я имела самые смутные представления, чем питаются окмалионы. Он ел хлебные крошки, а на уточнение и пополнение его рациона у меня не хватало сил и времени. Только сейчас задумалась о том, насколько это несправедливо. Требовать от рыбки помощи не дав ничего взамен, неправильно.

Услышала язвительное фырканье. Значит, муха не самое любимое лакомство Гатто.

- Хорошо. Чего бы ты хотел?

Молчание показалось вечностью, а время поджимало.