Ликвидаторы

"

"Машина резво пробежала мимо полигонов, на которых уже приходилось работать, устремилась дальше, к стеклянным «кубам», где, как знал Воронин, моделировалась атмосфера других планет. Там «сто семнадцатую» еще ни разу не тренировали, хотя, утверждал Клещ, до этого оставалось совсем немного времени…

Хмурый сумел вылезти из кузова сам, значит, били его не так крепко, как показалось вначале. Наверное, приложили для порядка, он и поплыл.

– Всем построиться возле барьера! – приказал капитан, а сам дал знак охранникам, дежурившим у входа в полигон. – Открывай! Гости к зверюшкам…

Хмурого подтолкнули вперед.

– Вибронож! – скомандовал офицер.

В руку бойца сунули клинок. Протяжно заголосила сирена, предупреждая персонал, что створ полигона разблокирован. Два охранника тут же подняли геплы, направили их на вход.

– Пошел! – приказал капитан. – Резче! Тебе же надоела эта действительность, ты мечтал о другой? Вперед!

Хмурый перешагнул порог фильтрационного тамбура, а потом оказался внутри огромного «кубика». Недоуменно огляделся по сторонам. Его товарищи могли наблюдать за всем происходящим – стена, возле которой их построили, была прозрачной.

– Это нечестно! Сэр… – не удержался Клещ. – Он никогда не имел дела с кроковольфами! Он не знает, как…

– Штатная норма отсева слабаков при подготовке подразделения – двадцать процентов! – равнодушно пожал плечами офицер службы внутренней охраны. – Я все понимаю, но кто-то из твоих все равно должен умереть, сержант!

Сергей вздрогнул, когда песок пришел в движение, резко вздыбился, потек струями с длинного черного тела, ринувшегося в атаку. Что это было за чудище?! Проксима еще только собиралась выглянуть из-за горизонта, в бледном мареве бойцы «Метлы-117» даже не успели тщательно рассмотреть ужасного зверя, набросившегося на Хмурого. Больше всего этот хищник напоминал крокодила, но крокодил не закапывается в песок, поджидая добычу.

«Кроковольф…» – одними губами повторил Сергей, а по спине растекся жуткий незнакомый холод. Дикий, первобытный. Лицо вдруг стало мокрым от пота, руки затряслись. И это происходило не с ним одним. Стоявшего рядом Пальцуна разбил такой тремор, что он дергал головой, толкал плечом Сергея.

Какой там вибронож! Это было чудовищное издевательство над приговоренным к смерти – теперь Сергей понимал. Ну, разве что, взяв вибронож, сразу же вонзить его себе в живот и сжимать ручку до последнего, пока лезвие пляшет внутри, разрывая жизненно важные органы. Подобная смерть – лучше, чем то, на что подписали Хмурого.

Он кричал так, что бойцы невольно сделали несколько шагов назад, подальше от прозрачной стены чертова «куба».