Ловушка для декана

Прятать видео от мамы и сестры тоже было бесполезно — это ведь Ютуб. Захотят, сами посмотрят.

Донской, конечно, при них крутить этот позор не стал, выключил сразу же, как только в комнату зашли — хоть временно избавив их от наипошлейшего зрелища. Но его руку на моей заднице они успели разглядеть разглядеть очень хорошо.

— Ну как же так, сынок… — переживала мама. — Кто же такое мог сотворить? И как? Там ведь сбоку твое лицо видно… и Лерочкино…

— Слушай, ну технологии сегодня знаешь какие! — убеждала ее Лена, и по ее тому я тоже поняла — вряд ли поверила.

— Да, технологии такие, что все, что угодно можно смонтировать… — кисло подтверждал Донской. — Лица действительно наши, а вот руку подрисовали…

— А снимал кто?

Он перевел на меня такой лютый взгляд, что меня передернуло.

— А вот с этим мы разберемся, мама. Обязательно разберемся.

И вот теперь, когда они ушли, он начал разбираться.

Бросил мне коротко идти за ним, налил себе на два пальца коньяка, уселся на диван напротив телевизора и пересмотрел все видео во всех деталях, периодически морщась и потирая пальцами виски — так, будто у него сильно разболелась голова.

О да, там было на что посмотреть.

Заснят был каждый момент его и моего позора, вплоть до просовывания руки под мои джинсы и моей на это реакции.

Как все это оказалось в его Ютубовском миксе — тоже, в принципе, было объяснимо. Открыв почту бывшего со своего компьютера, Ира невольно подключилась к аккаунту Донского в Гугле, а заодно и к Ютубу, с которым этот аккаунт был синхронизирован. Вопрос, как она нашла видео, оставался, конечно, открытым, но и тут могло быть несколько вариантов — вплоть до того, что сама она активно искала хоть какой-нибудь компромат на декана и гуглила его имя. И нашла — оно ведь и стояло в названии видео — его имя.

«Декан Донской лапает студентку». Только загуглишь и сразу выскакивает.

Однако меня больше интересовало, не как нашли, а откуда снимали.

Ведь если судить по ракурсу, тот, кто держал телефон или камеру, стоял либо рядом с дверью в ту самую подсобку, где мы с Настей наливали в кофе этот чертов афродизиак, либо в проходе к запасному выходу из аудитории. А это означало, что снимающего должно было быть видно с ближайших, левых рядов. Что, в свою очередь, означало…

— Стоп! Мы же можем поспрашивать студентов, кого они там видели! — воскликнула я, осененная идеей. — Они ведь должны были его видеть… или ее.

Декан перевел на меня тяжелый взгляд.

— И что нам это даст?

Я стушевалась.

— Ну… Наказать можно… выгнать… если не уберут видео…

— После того, как его размножили… — он поднял на экране нижнюю линейку с информацией, — семьдесят восемь раз? И неизвестно, сколько еще просто так закачали себе?

Я устало опустилась на краешек дивана.