Лучи смерти

А Петр Никодимович – пустое место.

– Моцарт и Сальери? – вспомнил сыщик слова Грилюка.

– Да.

– Расскажите мне о тех опытах, в которых вы участвовали. Будто бы то были оптические эксперименты?

– Совершенно верно. В начале зимы Михаил Михайлович заинтересовался кристаллами. Купил много камней. Ну, тех, что подешевле: горный хрусталь, кварц, несколько гранатов, хризопразы… И стал с ними работать. Я ничего не понимал и не понимаю по сию пору, но то, что довелось мне увидеть, было удивительно! Из аппарата исходили какие-то неведомые лучи и создавали на стенах лаборатории красивые зыбкие картины…

– Лучи? Картины? Что за картины? – уточнил Лыков.

– Ну, светящиеся изображения. Будто фильма, но там нужно белое полотно для проекции, а эти висели прямо в воздухе вокруг нас. И были объемными! Очень красиво и непонятно. Не могу лучше объяснить, извините. Помню, что особо Михаилу Михайловичу удался портрет Пушкина. Он медленно вращался по ходу часовой стрелки…

– Где вращался?

– В помещении лаборатории. В воздухе. Где бы вы ни стояли, получали полную иллюзию абсолютного объема. Хотелось потрогать руками! И не отличишь живое от неживого, вот такая была иллюзия…

– Как Филиппов это сделал? – изумился коллежский советник.

– Я не знаю. Он предварительно собирал картины из обработанных кристаллов, а потом пропускал через них излучение. Которое фокусировал в линзы. Излучение проходило через вакуум. Не умею объяснить…

– А подрывной аппарат?

Большаков съежился:

– Был и подрывной аппарат. Страшно за ним наблюдать, честное слово! Сколько раз Михаил Михайлович получал ожоговые волдыри…

– Что у вас общего с Красиным? – вдруг резко спросил сыщик.

Лицо Большакова дрогнуло:

– С каким Красиным?

– Не прикидывайтесь, вас видели вместе.

– Это вам Грилюк рассказал?

– Всеволод Всеволодович, отвечайте на вопрос.

– Красин встречался со мной дважды.

– Спрашивал про опыты Филиппова?

– Да, – чуть слышно ответил студент.

– С какой целью?

– Я не знаю. С целью…

– Тоже обернуть это оружие на борьбу с монархией?

Большаков промолчал.

– И вы ему помогли? Ну?

– Помог… Извините.

– В чем заключалась ваша помощь? Вы свели их вместе? Филиппов и Красин встречались?

– Да. Они поговорили, и оказалось, что Леонид Борисович – очень хороший электротехник. Он понял Михаила Михайловича с полуслова. Даже дал несколько рекомендаций.

– Вот как? – удивился коллежский советник. – Красин Филиппову дал советы? И тот их принял?

– Я сам поразился. Красин – умнейший человек, смотрит прямо в корень.

– А вы знали, что этот умнейший человек – социал-демократ и сидел в тюрьме?

– Так Филиппов тоже социал-демократ… Был.