Машенька для Медведевых (СИ)

Я не хочу так на них реагировать! Эти отвратительные, порочные мачо мне противны! Я хочу оставаться равнодушной к их домогательствам, но отчего-то тело живёт своей жизнью!

— Открой рот, — Михаил берёт меня за подбородок, а потом давит на щёки. Припухшие после их варварского вторжения губы распахиваются будто по команде.

Александр касается их покрытым моей смазкой пальцем и проталкивает глубже.

— Чувствуешь вкус, м? — он наклоняет голову, внимательно следя за моей реакцией. — Это твоё желание, крошка. Такое острое, тягучее и очень порочное…

Его палец двигает в моём рту также быстро, как только что двигался в нём его член.

Я охаю, когда стоящий сзади Михаил принимается ласкать мой живот, а потом уверенно спускается вниз. Когда его пальцы накрывают клитор, тело пронзает острый спазм.

На секунду взгляд затуманивается, и я тихо и отчаянно стону.

Господи… какой позор!

— Считай оргазмы, крошка. Посмотрим, сколько ты выдержишь!

Глава 12

Маша

Хочется выть от безысходности, но этот мерзавец Михаил накрывает мой рот жёсткой ладонью.

— Тсс… — тихий шёпот опаляет кожу шеи, и она покрывается острыми колышками мурашек. — Ты же не хочешь, чтобы сюда пришли остальные гости?

Сознание простреливает вспышка паники. Остальные гости… те полуголые старые мужики, что смотрели на меня как на кусок сочного бифштекса? Боже… нет, только не это!

Александр проводит пальцем по набухшим складкам, собирает влагу и довольно усмехается.

Я задыхаюсь! И мне… дико страшно! Трясусь всем телом и не знаю, чего ожидать в следующий момент. Ведь никто и ничто не помешает им сделать со мной то самое, ради чего они меня сюда привезли. «Отработать» правонарушение! Какой же дурой я была, согласившись поехать! Настолько испугалась угрозы попасть в камеру, что мозги отключились! Надо было ехать в полицейский участок! Быть может, там бы я добилась хоть какой-то справедливости?

Опускаю взгляд вниз и с ужасом вижу вздыбленные члены. У них опять эрекция… Мои мучители будто наслаждаются моим беспомощным состоянием, готовые ворваться в меня, долбить, клеймить, рвать на части… От этих мыслей в животе всё скручивается в тугой комок…

Ноги дрожат, дышать нечем — Александр сжимает меня за горло, перекрывая кислород.

Сердце бешено бьётся. Выхода нет…"

"Наверное, мне надо смириться? Смириться с тем, что моя невинность достанется этим волкам в форме полицейских! Быть может, когда они увидят девственную кровь, это их хоть как-то отрезвит?

Александр следит за мой. Ловит каждую эмоцию. Усмехается, видя, как я дрожу. Неужели думает, это от возбуждения?

Он приближается и целует в шею. Медленно и, на удивление, очень нежно ласкает языком покрытую мурашками кожу, опускается ниже, накрывает губами тугой сосок. От его прикосновений горит кожа.