Машенька для Медведевых (СИ)

Порочные хлюпающие звуки разносятся по гостиной, смешиваются с моими стонами и громкими шлепками, что периодически обрушиваются на мои несчастные ягодицы.

В какой-то момент давление внутри становится просто невыносимым, головка члена трётся о мою пульсирующую горошину, а резкие толчки выбивают всё новые крышесносные искры…

Сознание пронизывает электрический ток, а потом… каждая клеточка тела взрывается совершенно сумасшедшими ощущениями! Я вся трясусь, сжимаюсь вокруг вдалбливающегося в меня члена и громко протяжно стону."

"Миша сжимает меня в объятиях, успокаивая мои дикие хаотичные конвульсии, Саша хрипит сзади, и, кажется, тоже кончает…

По спине стекает пот. Я уже ничего не соображаю… Наверное, если бы меня сейчас лишили девственности, я бы даже не испытала боли…

Мысленно готовлюсь к этому. Я уже поняла, что от этих мерзавцев можно ожидать всего, что угодно!

Но… Михаилу снова удаётся меня удивить.

Внезапно он стаскивает с себя пиджак и набрасывает его на меня.

Потом поднимает на руки, бережно прижимая к себе, и несёт вверх по лестнице.

Я настолько измождена, что больше не могу сопротивляться. Просто кладу голову ему на плечо и прикрываю глаза. Нервное истощение даёт о себе знать. Сейчас измученному телу хочется только одного — уснуть. Уснуть и долго-долго не просыпаться…

Глава 28

Михаил

Член распирает от прилива крови. В груди — дикая пляска. Сумасшедшие удары отбивают по рёбрам, отдаются в ушах.

Шлюшка доверчиво прижимается ко мне и в изнеможении прикрывает глаза. После оргазма её тело становится мягким и податливым. Я мог бы взять её прямо там, на диване. Порвать зашитую дырку одним резким мощным движением, ворваться в тиски её киски и хорошенько подвигаться в ней! Я почти сделал это! Был уже готов! Но почему-то в последний момент передумал.

Хрен знает, почему. Быть может, меня остановило отчаяние в её блядских глазах? Безысходность, смирение с неизбежностью? Несмотря на оргазм, которому она сопротивлялась до последнего, я почувствовал, словно в тот момент она сломалась. Выдохлась. Что ей нужна передышка.

Неужели я снова повёлся на её несчастные глазки? Такие лживо-невинные слёзы и затравленный вид. Разве эта кукла не проделывала подобное уже много раз? Актриса… какая же она охуенная актриса! Ведь даже после того, как я узнал всю правду, какой-то части меня всё равно хочется поверить в её игру. Хочется быть обманутым.

Поправляю свой пиджак, прикрываю разодранную одежду. Мы с братом были в ярости, когда накинулись на неё. Хотели получить своё. Хотели преподать ей урок. Наверное, мне это было нужно даже больше, чем Саше. В отличии от него, меня этой крошке с лёгкостью удалось провести.