Мэйфейрские ведьмы

Один из таких детективов, специалист по разводам, пустил слух среди модных фотографов Нового Орлеана, что он готов хорошо заплатить за любые отбракованные снимки представителей семьи Мэйфейров, особенно тех, кто живет на Первой улице.

Как раз одного такого фотографа, Натана Бранда, у которого была модная студия на Сент-Чарльз-авеню, пригласили в особняк на Первой улице на этот большой семейный праздник, и там он сделал целую серию снимков Мэри-Бет, Стеллы и Анты, а также других Мэйфейров, работая весь день, как на свадьбе.

Через неделю он принес фотографии, чтобы Мэри-Бет и Стелла выбрали, что им понравится.

Женщины отобрали довольно много снимков, а остальные отложили в сторону.

Но потом вдруг Стелла взяла из отбракованных экземпляров общий снимок, где была она с дочерью и Мэри-Бет, которая придерживала тяжелый изумруд на маленькой шейке Анты. На обороте фотографии Стелла написала: «Таламаске с любовью, Стелла! P.S. Другие тоже наблюдают». А затем отдала ее фотографу и с хохотом прибавила: мол, его друг-детектив поймет, что эта надпись означает.

Фотограф смутился, принялся отнекиваться, потом начал извиняться за свою договоренность с детективом, но что бы он ни говорил, Стелла только смеялась. Через несколько минут она заявила ему, совершенно очаровательно, словно стараясь ею успокоить: «Мистер Бранд, вы доведете себя до приступа. Просто отдайте фотографию детективу». Так мистер Бранд и поступил.

Фотография дошла до нас примерно через месяц и решительно изменила наш подход к семье Мэйфейров.

В то время в Таламаске никто специально не занимался расследованием истории семьи Мэйфейров, поступавшие сведения просто подшивались в собранный архив.

Артур Лангтри — выдающийся ученый и блестящий знаток ведовства — был знаком со всей хроникой, но полностью отдавал себя изучению трех других дел, остававшихся главными для него вплоть до последнего дня.

Тем не менее вся семейная история не раз обсуждалась большим советом, но решение не вступать в прямой контакт с Мэйфейрами так и не было отменено. Кроме того, вряд ли кто из нас в то время был знаком со всей историей семьи.

Фотография с недвусмысленным посланием вызвала большое волнение. Молодой агент ордена, американец из Техаса, по имени Стюарт Таунсенд (годы, прожитые в Лондоне, сделали из него настоящего англичанина) попросил разрешения изучить историю Мэйфейрских ведьм с целью перехода к прямому расследованию, и после тщательных раздумий досье передали в его руки.

Артур Лангтри согласился перечитать дело, однако помешали неотложные дела.