Мэйфейрские ведьмы

Через мгновение звук повторился, негромкий, но явственный. В холле, несомненно, кто-то был.

Сердце Роуан болезненно забилось. Она на минуту застыла, потом медленно, как во сне, повернулась и подняла голову. В нескольких футах от нее неясно вырисовывалась высокая мужская фигура.

Все звуки ночи внезапно исчезли. Роуан изо всех сил вглядывалась во тьму, пытаясь лучше рассмотреть призрачное видение, но оно почти сливалось с сумрачными тенями. И все же ее не оставляло ощущение, что за ней пристально наблюдают чьи-то темные глаза, ей казалось, что она различает контуры головы, бледное пятно лица и даже уголок белого накрахмаленного воротничка.

— Прекрати издеваться надо мной! — Роуан хотелось кричать, но голос не желал ей повиноваться. Тем не менее слова прозвучали вполне отчетливо, и вновь весь особняк откликнулся на них отдаленными вздохами, скрипом, потрескиванием… Очертания фигуры на миг стали более отчетливыми, но тут же вновь начали таять, растворяясь во мраке.

— Нет-нет, не уходи, пожалуйста, — взмолилась Роуан, хотя в эту минуту уже сомневалась, что действительно кого-то видела.

Она в отчаянии напрягала зрение, оглядываясь по сторонам. Большая часть холла тонула в темноте, и лишь в дальнем его конце, куда проникал свет с улицы, было чуть светлее. И вдруг на фоне тускло светящегося проема входной двери появился черный силуэт, а через мгновение в холле загремели чьи-то тяжелые шаги. Еще несколько секунд — и у нее не осталось никаких сомнений: широкие плечи, черные вьющиеся волосы и… голос:

— Роуан? Роуан, ты здесь?

Господи, это он! Живой, сильный и до боли знакомый!"

"— Майкл! — охрипшим голосом воскликнула она и буквально упала в его раскрытые объятия.

 — Слава Богу, наконец-то! Майкл!..

17

«Итак, — размышляла она, сидя в одиночестве за обеденным столом, — я становлюсь одной из тех женщин, которые с радостью бросаются в объятия мужчины, отдают себя в его власть и предоставляют ему право позаботиться обо всем».

Но ей доставляло удовольствие видеть, какую бурную деятельность развил Майкл. Он позвонил Райену Мэйфейру, а потом в полицию и в похоронную контору «Лониган и сыновья», а когда в особняк заявились всякого рода сыщики и дознаватели в штатском и поднялись в верхние комнаты, Майкл говорил с ними очень уверенно и убедительно.

Даже если они и обратили внимание на его затянутые в перчатки руки, то не подали виду и не задали по этому поводу ни одного вопроса — быть может, потому, что он и без того достаточно ясно все им объяснил:

— Она только что сюда приехала и, естественно, понятия не имеет, кто этот человек. Она сама в шоке от увиденного. Старая хозяйка перед смертью ничего не успела ей рассказать.