Не отрекаются, любя...

— Зоя! — рванула к ней Вера.

Кислородная маска прикрывала её лицо. Она была без сознания.

— Видимых повреждений нет. Скорее всего отравление продуктами горения, — сухо прокомментировала врач.

— Зойка, — сжала её руку Вера, глотая слёзы, — ты держись, а. Ты нам нужна!

Каталку подняли в машину. Дверь хлопнула.

Вера заплакала навзрыд.

Сильные родные руки прижали её к себе."

"Шёл дождь. В воздухе невыносимо пахло гарью. Они стояли обнявшись. И над чем сейчас Вера плакала больше: над несчастьем, что обрушилось на Зойку или над счастьем, что Марк вернулся — она не могла сказать.

Он рядом, здесь, живой…

Осознание, что он вернулся, обрушилось на неё разом, хоть и так не вовремя. Но нахлынуло, захлестнуло именно сейчас на чужом пепелище. Отозвалось щемящим чувством горькой радости и её, Вериной, найденной потери, согрело теплом его тела и разлилось теплом внутри, но… уже не заполнило ту зияющую пустоту, что осталась в душе, когда он уехал. Не излечило.

Он уехал и увёз с собой её крылья.

Он вернулся. Но для чего ей теперь эти мёртвые обрубки, что остались за спиной.

Вера отстранилась.

— Бедная моя Зоечка, — всхлипнула она и прошептала чуть слышно: — Пожар. Опять пожар.

Но Марк услышал.

— Опять?

— Склады Измайлова тоже подожгли, когда требовали съехать, — вытерла она слёзы. — Но там быстро потушили, отделались лёгким испугом.

Марк задумчиво нахмурился, но ничего не сказал. С той минуты, как они подъехали, он и так был странный. Словно не в себе. Словно глядя на чадящее груды утеплителя и обугленные стропила видел что-то своё. Что-то, что видел только он.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— У неё есть семья? Муж, дети? — тряхнул он головой, словно опомнившись.

Вера покачала головой в ответ.

— Родители?

— Мама с младшей сестрой и её семьёй уехала в Новую Зеландию. А отца давно нет.

— Друг?

— Не знаю. Мы всё собирались с ней посидеть, поболтать. Но за лето так ни разу и не встретились. У неё сезон. У меня работа.

Позади что-то рухнуло. В воздух взметнулся сноп пепла.

Вера закашлялась.

— Пошли отсюда, — потянул её к машине Марк.

— Кошка! — дёрнулась Вера, словно её ударили, и остановилась. — У неё кошка!

— А ключи?

— У соседки. Она меня знает.

— Ну тогда поехали за кошкой, — снова открыл дверь машины Марк.

Глава 9. Марк

Чужие квартиры. Чужой быт. Чужая жизнь.

Сколько раз Марк заходил в дома, которые принадлежали не ему.

Но сейчас, стоя посреди Зойкиной квартиры, заставленной грязными бокалами и пустыми бутылками от вина, заваленной вещами, думал не о том, хотел ли он свой дом.