Отец подруги

Еще никогда мне не давались так сложно какие-либо решения.

По дороге из института я встречаю старую знакомую. Олеся своей болтовней отвлекает меня от грустных мыслей и настолько меня увлекает, что я начинаю задавать ей вопросы о ее о буднях в институте и личной жизни. Мы заходим в супермаркет и направляемся к кассе, когда телефон разражается самой моей любимой мелодией. Сердце тут же проваливается в пятки.

Несколько мгновений я смотрю на экран, где высвечивается имя Бориса, а потом, отойдя в сторону, принимаю звонок, нажимая на зеленую кнопку.

— Привет, как дела? — слышится его голос в трубке.

Я втягиваю в себя воздух, чтобы ответить:

— Все хорошо. Как ты?

— Пока не знаю. Мне только что позвонила Марина, хозяйка квартиры, и сказала, что ты не собираешься продлевать срок аренды. Это правда?

Я разглядываю стеллаж со сладостями перед собой, слушая спокойный голос Бориса."

"— Да, я приняла решение остаться с мамой. Не могу ее бросить. Прости… — мой голос немного охрип от волнения и прилива чувств.

— Это означает то, о чем я думаю? — незамедлительно поступает вопрос.

Я не в состоянии выдавить даже звука. В эту секунду рушится вся моя жизнь.

— Я всегда относился к тебе, как к взрослой, — звучит металлический голос Бориса. — Очевидно, ты знаешь, что делаешь. Прощай.

Конечности слабеют, и я как подкошенная оседаю на пол. Грудь рвет на части. Я закрываю глаза, ощущая внутри бесконечное опустошение и тьму.

44

Борис

Последнюю встречу я отменяю и прямиком из офиса еду домой. Гостиная встречает меня непривычной тишиной. Без дочери дом опустел и стал походить на склеп. Своей бьющей через край энергией и смехом она вдыхала в него уют и жизнь.

Сбросив пиджак, я иду на кухню и откупориваю бутылку виски. К алкоголю я равнодушен — не люблю искусственное расслабление, но сейчас выпить пару стаканов можно назвать необходимостью.

Я думал, что развод с Викой стал апогеем моего эмоционального раздрая, но ошибся. Оказалось, им стала Сона и ее решение пожертвовать собственным будущим ради спокойствия других людей. Наверное, этого стоило ожидать, вступая в отношения с той, кто на двадцать лет младше. Едва ли девятнадцатилетняя девушка, едва покинувшая родительский дом, смогла бы в одночасье стать полностью независимой от чужого мнения и не поддаваться на провокации окружающих.

Опрокинув глоток горького пойла, я морщусь. Вроде умом все понимаю, что ожидаемо было и что на этот выбор она имеет право, но внутри все равно погано. Сильно привязался я к ней. Хотя для чего себя обманывать? Нужно вещи своими именами называть: Сону я полюбил даже сильнее, чем Вику в свое время.