Немоногамия (СИ)

Едва посмотрела вложенный файл – ощутила как бросило в жар.

С одной стороны я прекрасно понимаю, что меня это ни к чему не обязывает. Захочу – полечу, не захочу – останусь. С другой – осознаю какие последствия будет иметь как моё согласие, так и отказ.

«Ок. Фотошоп так фотошоп. Мог бы нарисовать нам места в бизнес-классе», — недолго думая пишу Вове.

Он появляется в сети, читает. Ничего не отвечая, просто пропадает на весь день. Я же пытаюсь вернуться к работе и организовываю заседание кафедры. Разговариваю отрешённо, слушаю вполуха. Как не пытаюсь взять себя в руки – ничего не получается.

Фантазия упрямо переносит меня в большой и светлый офис «Юнайтед Технолоджи». Интересно, легко ли начинать жизнь с нуля в двадцать семь? А в чужой стране и вдали от дома?

После заседания меня вызывает к себе первый заместитель ректора. Просит сесть в кресло, предлагает кофе. Проводит долгую вступительную речь. Оказывается, завкафедрой находится в критическом состоянии после операции, поэтому в ближайшее время на меня и дальше будет возложена его работа. Возможно, навсегда – если ситуация не станет лучше. В голову тут же приходит сказанная свекровью фраза о временном и постоянном.

И моя неуместная шутка. Надо было держать язык за зубами.

— Что сказал проректор? С Дмитрием Анатольевичем всё в порядке? – засыпают меня вопросами коллеги, когда я возвращаюсь на кафедру.

Слабо качнув головой, рассказываю как обстоят дела. Меня внимательно выслушивают, затем начинают причитать и охать.

— Надеюсь, ты согласилась, Маечка, — произносит Нина Васильевна. – Кроме тебя и некому. Вероника слишком неопытная, я старая и страдаю давлением, а Роман Дмитриевич довольно безответственный молодой человек.

— Это я безответственный? – возмущается Серов. – Посерьезнее некоторых буду. По крайней мере, я не ухожу на больничные во время серьезных запар, подставляя весь коллектив.

— У меня давление под двести, милый! Доживёшь до моих лет – посмотрим как справляться будешь!

— Я на пенсию уйду, Нина Васильевна. Уступлю место здоровым и перспективным.

Потеряв надежду успокоить коллег, забираю сумочку и спешу на улицу, чтобы выпить кофе. Мыслей в голове масса. Они терзают, мучают. Не дают ни минуты покоя. Мне бы остыть и хорошенько взвесить все за и против.

Да и как сказать коллективу, что, вместо того, чтобы исполнять обязанности завкафедрой – я улетаю на работу в Штаты?

По мере приближения к парковке – сбавляю шаг. Ноги становятся ватными, а в горле пересыхает, когда я вижу перед собой Титова, опирающегося бёдрами о капот автомобиля.

Он держит в руках два бумажных стаканчика с кофе. Один из них точно мой – латте, два сахара. С насыщенной густой пенкой. Мои вкусы по прошествию лет тоже не изменились – и Вова прекрасно знает об этом.