Непогода

Одной на двоих постели из ночи в ночь. Общих воспоминаний. Планов. Прошлого. И будущего, которому уже не судьба сбыться.

Наверное, именно этот факт больше остальных убеждает меня в правильности принятого решения. Мы словно ненастоящие муж и жена – так быстро связь между нами истлела. Не верится, что пары, основанные на взаимных чувствах, испытывают при расставании то же самое. Нет, я думаю, что-то внутри них, какой-то отголосок былой связи не исчезает никогда. Несмотря ни на что.

Между мной и Антом ее уже нет. И это, если честно, ранит.

– Сюда?"

"Я дергаюсь и прихожу в себя.

– Да-да. – Голос звучит суетливо. – Можешь прямо здесь остановиться, я дойду.

Руки на руле сжимаются сильнее.

– Я уже говорил, что таскать чемодан сама ты не будешь, – не глядя в мою сторону, отчеканивает Антон. – Можешь открыть шлагбаум?

Я хмурюсь, но не решаюсь спорить.

– Да, мне уже дали доступ. Сейчас. – К счастью, здесь не требуются ключи и достаточно звонка на специальный номер, который я сохранила в телефонной книге еще в день подписания договора.

Мы въезжаем во внутренний двор. Антон ругается сквозь зубы, пока ищет свободное место для парковки, и я невольно чувствую себя виноватой за текущее неудобство.

Наконец, мы останавливаемся. Из машины я выскакиваю, едва глохнет мотор, хотя смысла в спешке нет: забрать свой багаж самостоятельно мне все равно не удастся. Антон оказывается рядом через несколько секунд. Подхватив чемодан, ставит его на асфальт, но вопреки моим ожиданиям, не отдает его мне, а двигается вперед, к подъездам. Отмерев, я спешу следом, пока позади не раздается звук активированной сигнализации.

– Антон!

– Да? – Он оборачивается.

– Ты что, – у меня перехватывает дыхание, – собираешься подниматься?

– Естественно.

– Зачем? Я и сама справлюсь, – я стараюсь произнести слова без намека на грубость, но Антон все равно недовольно морщится.

– Я уже все сказал. Придется тебе потерпеть мое общество еще пару минут.

– Что? К чему это… – я замолкаю. – Не в этом дело! – Теперь над остальными моими чувствами превалирует возмущение. – Что ты себе уже придумал? Разве я когда-то говорила что-то подобное?

Антон лишь молча дергает плечом и отворачивается.

– Какой подъезд?

Оказавшись в лифте, я искренне радуюсь громоздкому чемодану, разделившему нас с Антоном по разным сторонам тесной коробки. Воспоминания о смущающем эпизоде из прихожей другой квартиры свежи и то и дело возникают перед глазами, лишая самообладания. Повторения не хочется.

Казалось бы, совсем недавно между мной и Антом происходили и более откровенные события, однако теперь мне ужасно неловко.