Непогода

Антон издает нечленораздельный звук и в отместку кусает меня в плечо, но не прекращает идти по направлению к гостиной. Не размыкая объятий, мы падаем на разворошенную после моего сна постель и тонем в мягкости одеяла и чернильном сумраке комнаты, где последние штрихи имевшихся ранее границ растворяются, превращаясь в ничто.

– Сними. – Я нетерпеливо тяну его брюки вниз, ухватившись за шлевки на поясе, но не справляюсь, придавленная к поверхности дивана тяжелым телом. – Хочу тебя… кожа к коже.

Дыхание Антона становится еще чаще. Поднявшись одним движением, он стаскивает с себя брюки вместе с бельем и носками и возвращается ко мне, ведет ладонями по моим ногам снизу вверх, целует в живот и опять спускается ниже, но не прикасается, отчего я не могу найти себе места, даже через ткань ощущая жар находящегося в сантиметре от моей кожи рта.

Я шире развожу бедра, продолжая мелко дрожать от напряженного предвкушения и потребности в большем, тянусь к трусикам руками, но Антон опережает меня:

– Я сам. – Белье он снимает медленно, играя на своем, и моем терпении, накаляя чувственность мгновения до невыносимости.

Кружевная резинка, скользнув по коже наждачной бумагой, наконец исчезает. Я выдыхаю, а затем громко всхлипываю, почувствовав внезапное нажатие на клитор. – Ты течешь, – заявляет Антон со странной интонацией в голосе; его глаза на секунду встречаются с моими и возвращаются вниз, как и пальцы, что, пройдясь лаской по лобку, скользят по половым губам, распределяя смазку, и дразня подбираются ко входу, но не двигаются глубже.

Выгнув спину, я зажмуриваюсь и закусываю губу."

"– Антон, – зову я спустя несколько секунд.

Не знаю, каковы его плану на эту ночь, но у меня больше нет сил терпеть.

– Да? – Он находит мой взгляд и смотрит с ожиданием.

– Иди ко мне, – я тяну к нему руку в приглашающем жесте и качаю головой, уловив в его взгляде сомнение и желание продолжить уже начатое: – Все потом, – обещаю я. – Иди сюда.

И Антон сдается.

Глава 19

Кажется, нынешний рассвет безбожно опаздывает: ночь длится и длится, не зная предела, одним бесконечным мгновением. Под ее темным волшебным покровом мы наглухо скрыты от всего мира и собственных мыслей, а потому с безоглядной легкостью сходим с ума снова и снова.

Короткий сон прерывается вспышками желания, наши с Антом тела будто сами по себе тянутся друг к другу, и нам не остается ничего, кроме безвольного подчинения. Молчаливых ласк, долгих взглядов и страстных поцелуев, нежность которых оставляет горечь на губах.

Этой ночью у меня нет сил размышлять, чем чреват случайный секс с уже почти бывшим мужем, и уж тем более нет шансов прекратить затянувшийся акт самоубийства.