Невеста-изменница

Улыбка Риса расползлась до ушей.

— Я не слоняюсь по дому, обливаясь потом.

Трэвис впервые за несколько дней расхохотался:

— С этим трудно спорить.

— Как бы ты ни поступил, я знаю: твой выбор будет правильным. Держи меня в курсе. И никуда не ходи, кроме русского района. Помни, Томас наверняка приставит к тебе своих ищеек.

Трэвис кивнул. Он не сделает ничего такого, что может спровоцировать полковника. Но сосредоточит все силы на том, чтобы обнаружить шпиона.

Ночью Джеред заболел. Он метался и ворочался, у него слегка поднялась температура. Обеспокоенная тем, что болезнь может оказаться серьезной, миссис Гарви разбудила Элизабет, а Элизабет разбудила Риса, спавшего с ней в одной постели.

Элизабет следовала по коридору за нянькой. Рис решительно шагал рядом.

— Вы не знаете, что с ним такое? — озабоченно спросила она миссис Гарви, стоя у кровати Джереда.

— Не знаю, миледи. Когда вы заходили к нему перед сном, вы ничего такого не заметили?

— Он показался мне немного уставшим. Я подумала, что это от слишком подвижных игр с сыном миссис Броуди.

Мальчик был первым настоящим другом Джереда.

— Может, и волноваться не о чем, может, он к утру поправится, — успокоила ее миссис Гарви.

«Дай Бог, чтобы так оно и было», — взглянув на сына, подумала Элизабет.

Однако к утру лихорадка усилилась, и Рис вызвал врача. Потом у Джереда начались в животе спазмы и открылась рвота.

Полная тревоги, Элизабет сидела у постели сына и наблюдала, как его осматривает доктор. Рис нервно ходил по коридору за дверями комнаты. Оба они с беспокойством ждали, что скажет врач.

Не выдержав ожидания, Элизабет нетерпеливо встала.

— Что с ним, доктор Петерсон? Он горит в лихорадке, и его рвет. Как вы думаете, в чем дело?

— Пока не могу сказать ничего определенного. У мальчика его возраста… может быть что угодно. Будем наблюдать, не появятся ли симптомы кори или свинки.

— Но у него нет ни одного из этих симптомов. Ни сыпи, ни покраснения горла.

Доктор склонился над мальчиком, забывшимся наконец беспокойным сном. Он был ближайшим врачом в округе и прибыл на помощь без промедления.

Седовласый доктор поднял на нее глаза.

— А мальчик не мог съесть что-то не то? Что-то, что вызвало бы у него расстройство желудка?

— Мне об этом неизвестно.

При мысли, что кто-то из прислуги мог быть повинен в недомогании сына, что кто-то мог дать ему нечто такое, что вызвало его болезнь, у Элизабет болезненно сдавило грудь.

Она обернулась к Рису. Он стоял в дверях. И вид у него был довольно мрачный. Очевидно, и его посетило подобное подозрение.

Нужно немедленно поговорить с кухаркой.