Няня для родного сына

– Но там Кирилл!

– Римма за ним посмотрит, не переживай. Я прошу всего лишь полчаса.

– Ты бы мог сказать, – упрекаю.

– А ты бы согласилась?

Смотрю на Мартина, но он не отрывает взгляда от дороги. Не могу заставить себя отвернуться и рассматриваю его профиль. За рулём сидит мужчина такой близкий и такой чужой одновременно. И я не знаю, что с нами будет дальше. Ведь нельзя склеить разбитую вазу. А наши чувства разбились. Точнее, были разбиты, словно кто-то специально толкнул вазу, уронив её со стола, проливая воду и разрывая хрупкое стекло. Я словно вижу тот цветок, который лежит на полу, и если его не поставить снова в воду, то он завянет раньше, чем мог. Так и хочется протянуть руку, поднять цветок и поставить в новый сосуд, пусть не такой красивый, как прежде. Может потом, со временем, появится новая ваза, но сейчас главное, не дать ему погибнуть без воды.

Не сразу замечаю, что машина уже стоит. Осматриваюсь и понимаю, что Мартин привёз меня на набережную, где мы любили гулять с ним вдвоём.

Муж выходит из машины и открывает мою дверь, протягивает руку и помогает выйти.

Ветер зарывается в волосах, с берега доносится какой-то шум, город продолжает жить своей жизнью.

– Пройдёмся? – предлагает Мартин, не выпуская моей руки.

Киваю, не в силах отказать. Это было моё любимое место. Здесь мы смотрели, как солнце садится за горизонт, раскрашивая полоску воды в яркие цвета, словно протягивало дорожку. Меня всегда завораживало это зрелище. Но сейчас река ещё не освободилась ото льда, и до заката далеко.

Здесь мы были счастливы, но это было так давно, словно в другой жизни. Или не с нами, или другими нами.

Мы просто стоим. Уверена, что Мартин думает о том же, о чём и я, но произнести вслух не решается ни один из нас.

Глава 50.

Зябну, прячу руки в карманы (возле реки заметно холоднее), и Мартин надевает мне капюшон.

– Я люблю тебя и всегда любил, и не хочу, чтобы мы оставались чужими. Выходи за меня замуж, Вероника.

– Мартин, я и так замужем, если ты забыл.

– Нет. Ты просто поставила свою подпись, но мне этого мало. И времени, которое ты отвела тоже очень мало.

– Я не могу пока дать больше.

– Почему?

– Мне нужно время.

– У тебя его целая жизнь, только не уходи, пожалуйста.

Поднимаю свои глаза и встречаюсь с взглядом, полным боли, раскаяния и… надежды.

– Я не уйду, – отвечаю.

Его руки проскальзывают вокруг моей талии и обнимают.

– Спасибо, – выдыхает Мартин, касаясь моих губ. Его поцелуй осторожный и нежный, словно мы никогда раньше не целовались, и сейчас боится напугать. Он не торопится отпускать мои губы, а мне не хватает дыхания. Несмело отвечаю, вспоминая вкус его губ. Из груди мужчины вырывается рваный выдох. – Вероника, – шепчет Мартин моё имя.

– Поедем домой, там Кирилл, – напоминаю о сыне.