Няня для родного сына

– Да, конечно, – соглашается Мартин и нехотя выпускает меня из своих объятий.

Наверное, это глупо – давать надежду, но Мартин прав, попробовать стоит. Поднять наш маленький цветочек, который ждёт нас дома.

Отворачиваюсь к окну, чувствую, как Мартин находит и сжимает мою руку, и поворачиваюсь к нему.

– Всё будет хорошо. Верь мне, – слышу слова, которые он не раз говорил."

"Очень хочется верить.

Дворники счищают снег, падающий на лобовое стекло и стекающий мокрыми дорожками. Снегопад резко усиливается, и почти ничего не видно. Кажется, зима решила устроить последнюю вечеринку. Мартин снижает скорость. Хотелось бы доехать без пробок, движение становится медленным. Начинаю нервничать из-за непредвиденной задержки. Понимаю, что глупо, но ничего не могу с собой поделать.

Наконец, Мартин заезжает в ворота, выпрыгиваю из машины, не дожидаясь, пока мне откроют двери, и тороплюсь зайти в дом. Непривычная тишина режет слух. Мартин помогает снять пальто, и я бегу наверх.

Кирюша спит. Не знаю, наверное, страх, что я его больше не увижу, так и не пройдёт. Римма Альбертовна сидит рядом, прислонившись к стене. Она тоже задремала. Не хочу будить женщину, тихонько выхожу из спальни и врезаюсь в Мартина.

– Ч-ш-ш. Они спят, – говорю ему.

– Ну, вот. А ты волновалась, – мягко улыбается Мартин.

– Ничего не могу с собой поделать. Пойдём вниз, что-нибудь съедим, – предлагаю, чтобы освободиться от мужских объятий.

Немного нервничаю, и мне не по себе. Я отвыкла за всё это время от мужского внимания и ласк, и эти прикосновения немного непривычны. Стараюсь не смотреть в его сторону, постоянно отводя взгляд. Я сама дала своё согласие, но пока даже не представляю себе этого. Хочу сгладить неловкость, пытаясь накрыть на стол, но Мартин берёт меня за руки и усаживает на стул.

– Присядь. Я сам.

Неужели он заметил, что я нервничаю? Послушно сажусь и смотрю за чёткими уверенными движениями мужчины. Он ставит в духовой шкаф мясо с овощами, выставляет таймер; моет фрукты, кладёт на полотенце, давая стечь воде. Фруктовый салат единственное лакомство, за которое я готова на всё, и Мартин ловко нарезает мои любимые фрукты, изредка бросая на меня взгляды. Не столько вижу, сколько чувствую их, так и не решаясь встретиться с ним взглядом.

Ставит передо мной креманку с моим любимым салатом: груши, киви, ананас и грецкий орех.

– Извини, бананы я не нашёл. Скажу Римме, чтобы заказала.

– Не надо. Этого вполне достаточно, – не выдерживаю и цепляю кусочек ананаса, отправляя его в рот. И только сейчас замечаю, что Мартин, не отрываясь, смотрит на меня. – Ты будешь? – предлагаю ему попробовать.

– Нет, я лучше мясо.

– Я тоже, – тут же добавляю.